Книга Хтонический ужас, страница 29 – Ян Бадевский

— Я знаю, — девушка улыбнулась и провела рукой по моей щеке. — До встречи. Я в пятитысячном номере. Легко запомнить.

С этими словами кубинка покинула каюту.

Испытываешь судьбу, мулаточка.

Джерг не железный.

Натягиваю теннисные туфли и выдвигаюсь в коридор. Надо достичь обзорной палубы нижнего яруса до того, как лайнер сдвинется с места. Иначе Полина будет ворчать.

У океанических лайнеров есть ватерлиния, двигательный отсек, трюмы и прочие помещения, куда вход посторонним не светит. Обычно вся техническая начинка упрятана в нутро корабля, но воздушный левиафан — совсем другая тема. Насколько мне известно, холодильники, багажные отделения и прочая муть расположены на второй палубе. Всякие-разные генераторы, насосные станции и прочие механические органы летающего города притаились в районе десятой-двенадцатой палуб. Часть нижнего яруса отведена под грузоподъемники, заглушки трубопроводов и прочие узлы неведомого назначения. Обычным пассажирам это не нужно. Все стекаются к амфитеатру, сложенному из нисходящих спиральных галерей. Конструкция зала позволяет наблюдать за проплывающими внизу облаками, лесами и реками. Даже ходить по стеклу аки Иисус по воде.

Я позвонил сестре.

— Далеко забралась?

— Поднимайся на два витка.

Топаю вверх по закручиваюейся галерее. Ну, не топаю, проталкиваюсь. Народу набилось столько, что у меня стала развиваться социофобия. Думаю, несколько тысяч пассажиров точно приперлись сюда, чтобы не пропустить момент «вознесения». Кстати, вдруг вы не в теме. Корабли класса «Симфонии неба» никогда не опускаются на землю. Шасси и прочих приспособлений для посадки попросту не существует. Ни одно покрытие не выдержит падение летучего города, да и внизу, как вы помните, хватает всяких наростов. Поэтому сменный экипаж дежурит круглосуточно. Пилоты меняются пачками, их задача — удерживать эту хрень в воздухе до бесконечности.

Как по мне — онанизм чистой воды.

Вы представляете, сколько таких корабликов разбросаны по человеческим империям? Пилотов не напасешься. Думаю, есть фокус, который гильдия держит в секрете.

— Илья!

Нет, это не Полина.

Меня окликнул Глеб Сатин, один из оккультистов ордена. Мой наставник и куратор. Не соврала Тимановская — его тоже приволокли на «Симфонию».

— Привет, — пожимаю протянутую руку.

— Что ты видел на озере?

С места в карьер.

— Ты за мной следил.

— Не буду скрывать.

— Буквы.

— Что-то осмысленное?

— Еще как, — хмыкнул я. — Предупреждение. Я бы даже сказал, угроза. Типа не уйти мне отсюда живым.

— Мы ждали чего-то подобного…

— Мы? — я приподнял бровь.

— Ну… Трифонович собрал всех высокоранговых и устроил совещание. Все решили, что на тебя нападут за пределами Неома. Лайнер — идеальное место для атаки. Никогда не угадаешь, в какой части корабля проявится одержимость. А всю «Симфонию» не запечатаешь…

— Дерьмо.

— Не то слово.

— Вы теперь будете моими тенямми? Куда бы я ни пошел?

Куратор смутился.

— Пока вопрос так не ставится.

— А как ставится?

— Ты можешь за себя постоять, но присматривать мы будем… издалека…

Я вздохнул.

— Что это за хрень с посланием?

Глеб нахмурился.

— Демоны редко прибегают к таким приемам. Сработал принцип ловушки. Кто-то наложил чары на озеро. Зная, что ты появишься в нужный момент. Это не предметная одержимость…