Книга Вперед в СССР! Том 3, страница 106 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

Пробивать порталы прямо на Старую площадь никому не дозволялось.

Мы выпали из зоны пространственных искажений за квартал до пункта назначения. Я до самого конца сомневался, что нам вот так просто дадут подкатить к правительственному зданию и войти внутрь. Сомнения развеялись, когда наша адская машина притормозила у знаменитого серого здания. К этому моменту я уже знал, что Буркндуков ответил на запрос службы безопасности с бортового компьютера и предупредил о нашем приезде. Время, естественно, было оговорено заранее.

Бурундуков припарковался в секторе, отмеченном на экране дорожной нейросетью. И остался ждать в машине. К слову, парковка располагалась вдалеке от здания, а перед самой администрацией автомобилей вообще не наблюдалось. Ни одного.

У входа меня встретили угрюмые типы из службы безопасности.

Ментального сканирования не было, но провели через кучу проверок, профессионально обыскали, внесли в электронный журнал посещений. Выделили сопровождающего. Ментора с синим значком. Я попытался его прощупать, но наткнулся на железобетонные блоки. Которые можно бы и пробить, но я здесь для других целей.

Меня провели через обширный вестибюль — подчёркнуто солидный, но без помпезной роскоши. Посадили на лифт и доставили на пятый этаж. По дороге ментор снабдил простыми инструкциями: не применять свои способности, не делать резких движений, не бродить по кабинету организационного секретаря без надобности. Не подходить к Кирченко слишком близко. Ибо могут сработать «чувствительные устройства». Он именно так и выразился.

В приёмной меня встретила секретарша. Тоже со значком. Женщина лет сорока в строгом брючном костюме. Про себя я отметил, что все сотрудники, работающие в здании, могут доставить очень серьёзные проблемы. Уверен, их подбирали с учётом боевого опыта и псионических способностей. Мужик, который меня сопровождал, остался за дверью. Но я готов спорить, что он телепортер или физик. В случае реальной угрозы меня скрутят очень быстро.

— Андрей Миронович у себя, — сообщила секретарша, бросив на меня изучающий взгляд. — Проходите, товарищ Громов.

Кабинет оказался просторным, но аскетичным. Добротная мебель, которую собрали, наверное, ещё в прошлом веке. Никаких видимых признаков современных технологий, за исключением кондиционера. Портрет генерального секретаря на стене.

Сам Кирченко оказался человеком невысокого роста с узкими плечами и повадками ленинградского интеллигента. Манера общения — сухая, сдержанная. Мы поприветствовали друг друга, и организационный секретарь указал на кресло, расположенное рядом с массивным лакированным столом.

— Времени у меня мало, товарищ Громов, — заявил функционер. — Поэтому сразу к делу. По линии особо важных исследований дошла информация о вас. Товарищ Примаков проявил интерес к работе вашего спецотдела. Мы тут откровенно можем говорить, кабинет защищён от прослушивания. Так вот, речь пойдёт о менгирах.

— Я вас внимательно слушаю, товарищ Кирченко.

— Менгиры — это столпы нашего общества, — чиновник начал издалека. — Уберите их — и вы ослабите страну. Похороните важные исследования. Да и саму структуру управления государством. Без пси-энергии сейчас ни одна сфера промышленности не обходится. Думаю, вы понимаете, насколько важно сохранить эти объекты в первозданном виде?