Книга Вперед в СССР! Том 1, страница 15 – Михаил Ежов, Ян Бадевский

Тычу пальцем в глобус.

И прямо в воздухе разворачивается жёлтый конверт с восклицательным знаком.

— Управление голосовое, — раздался голос Оли.

— Открыть почту, — приказал я.

Конверт развернулся в экран с множеством мелких конвертиков, один из которых был красным.

— Последнее непрочитанное сообщение, — наугад брякнул я.

В воздухе над столом проступил текст:

ТОВАРИЩ ГРОМОВ! ВАМ НАДЛЕЖИТ ЯВИТЬСЯ В КОНТРОЛЬНО-ПАСПОРТНЫЙ ЦЕНТР ДЛЯ ПРОХОЖДЕНИЕ ТЕСТА НА ЛОЯЛЬНОСТЬ СОВЕТСКОМУ ОБЩЕСТВУ.

НАЧАЛО ТЕСТИРОВАНИЯ: НЕ ПОЗДНЕЕ 18.00

Дальше был указан адрес.

— Почему вы думаете, что я не пройду тест? — отложив телефон, я посмотрел на маму.

— Твой отец был признан изменником Родины, — женщина выдержала мой взгляд. — Его расстреляли, когда тебе было четырнадцать. И теперь все мы имеем статус потенциально неблагонадёжных.

— Ты ненавидел тех, кто это сделал, — добавила Оля.

— И не смог показать хорошие результаты на предыдущих тестах, — вздохнула мать.

Чума.

Казалось бы, выжил. Обрёл молодое тело, попал в страну, которую любил всем сердцем, и тут… Сын изменника Родины! Всё имеет обратную сторону.

— А вы смогли? — задал я логичный вопрос.

— Оленьке ещё рано, — отрезала мать. — Тесты на лояльность идут с шестнадцати. А я… сумела сдать.

Я решил не спрашивать, как именно.

Сейчас важно другое.

— Расскажите про сто первый километр.

Родственники посмотрели на меня, как на идиота.

— Это выражение такое, — пояснила мать. — Тебе запретят проживать в крупнейших советских городах. Только захолустья и колхозы. Про Москву забудь, сынок. Ну, и менталисты будут с тобой общаться время от времени. Возьмут на карандашик.

— Мама, говори проще, — взмолился я. — Что ещё за менталисты?

— Менторы, умеющие влезать к тебе в голову, — сестра доела борщ, и мать встала, чтобы забрать у неё тарелку. — Одарённые. Те, кто умеет работать с пси-энергией. Даже не знаю, как объяснить. Это же все знают!

Женщина поставила перед Олей тарелку с картошкой, двумя крохотными котлетками и салатом.

— Понимаешь, сынок… Быть инакомыслящим в нашей стране непросто. Проверки на лояльность, телепатическое сканирование, программа переселения, негласные запреты. Завалишь тест — и твоему будущему конец.

Я молча доел борщ.

Второе оказалось по-домашнему вкусным, и я вдруг понял, что сильно проголодался. Смёл всё, что было, и попросил добавки.

А ведь я ничего не знаю о людях, которые меня приютили. Судя по всему, эта семья пережила в прошлом трагедию, которая здорово портит всем жизнь. Кем работает эта женщина? Работаю ли я? Или мой носитель где-то учится? Институт, ПТУ, академия? Вечерняя школа?

Взглянув на часы, я понял, что время поджимает.

— Где находится этот паспортный центр? Как туда попасть?

— Посмотри геолокацию, — посоветовала сестра. — К уведомлениям обычно прикрепляют.

Я снова полез в телефон, ткнул в иконку «ГЕО», и передо мной развернулась карта Москвы. Точнее — нашего района. Так и есть, я живу в Алексеевском. Наш дом обозначен зелёной точкой, КПЦ — красным крестиком.

— Масштабировать надо, — сестра перегнулась через стол и ловким движением раздвинула голограмму, увеличивая масштаб. Появились новые улицы, площади, железнодорожные линии. — Запускай маршрутизатор.

— Как?

Закатив глаза, Оля начала выводить в полупрозрачную плоскость какие-то опции. Между двумя точками пролегла пунктирная линия, а справа высветилась табличка с вариантами проезда на общественном транспорте.