Книга Повелитель Рун. Том 7, страница 15 – Илья Сапунов

Меня выбросило наружу, и я с выпученными глазами рухнул на траву. Душевная боль от пережитого воспоминания была настолько сильной, что будь я здесь в настоящем теле, вполне мог потерять сознание.

— Дорен, что с тобой⁈ — рядом тут же захлопотала Сона.

— Все… В порядке… — просипев сквозь плотно сжатые зубы, я поднялся.

Я не смог отфильтровать воспоминания. Сфера памяти выплеснула на меня все без остатка, и я прочувствовал каждую секунду этой жизни так, как будто это произошло только вчера.

— Это действительно так необходимо? Неужели нет другого способа? — Хранительница едва ли не плакала.

— Все будет хорошо, — я выдохнул, приготовившись к следующему погружению. Там, в глубине подсознания, меня ждали еще сотни и сотни похожих сфер. — Я справлюсь. Как и всегда.

В какой-то момент я понял, что это очень даже хорошо, когда у тебя нет души. Ведь в этом случае её не разорвет на части, когда ты снова начнешь вспоминать, через какие ужасы когда-то довелось пройти.

Как я не пытался, но отделить себя от воспоминаний так и не смог. Я не мог воспринимать их со стороны как равнодушный наблюдатель. Каждую забытую жизнь я будто проживал заново, проживал максимально ярко. Эти сферы не зря оказались запечатаны. Каждая из них задевала что-то настолько глубокое в моем сердце, что всего на пятой, я испытал свой первый серьезный кризис.

Под воздействием настолько кипучих эмоций и воспоминаний я внезапно осознал, что не понимаю, кто я, и где нахожусь. Это тревожное открытие здорово меня напугало, но к счастью, я заранее предположил такой вариант развития событий. Поэтому каждую сферу и принадлежащие ей воспоминания, я помечал особыми метками, «нумеровал» если бы можно было так выразиться. И когда дезориентированный, попытался разобраться в собственном разуме, то сразу заметил несоответствия. Сортировка памяти заняла некоторое время, но зато, когда я закончил, мне сразу стало легче.

Задвинув свежие воспоминания поглубже, я ощутил, как меня понемногу отпускает. Нет, от воспоминаний по-прежнему коробило, но теперь мой рассудок хотя бы отчетливо понимал, что то, что он увидел произошло давным-давно. А я решил немного замедлиться, чтобы не допустить повторного кризиса идентичности.

В содержимом сфер стали прослеживаться некоторые закономерности. Как правило, эти жизни развивались по похожему сценарию. Ослабленное проклятье и старт с самых юных лет. Спокойная и успешная жизнь до определенного времени. А потом резкий и катастрофический финал. Словно Проклятье издевалось надо мной. Я был безмозглой рыбой, попавшей на крючок, а безжалостная магия — хитрым рыбаком, время от времени ослаблявшим леску, чтобы затем чуть позже резко подсечь добычу в неожиданный момент.

Прошлое резало меня без ножа, но и я уже был другим. Справившись с первым, и самым тяжелым испытанием, я все же смог найти подходящий для себя темп. Ведь даже трагедия может стать рутиной. Открыть сферу, прожить очередной кошмар, отсортировать воспоминания, восстановиться и повторить все заново. Я даже понемногу начал концентрироваться на приятных воспоминаниях, ведь в этих сферах их было намного больше, чем в моей среднестатистической жизни.

Была лишь одна вещь, которая начинала меня все сильнее беспокоить. Судя по тому, что я видел, подлая тактика Проклятия каждый раз вызывала у меня удивление, как будто я сталкивался с ней в первый раз. Но почему я упорно запечатывал все эти жизни? Разве не лучше было оставить хоть одно горькое воспоминание, чтобы оно служило мне предостережением в будущем? В конце концов, горе всегда было моим постоянным спутников, чтобы изменилось из-за одной дополнительной жизни в копилке?