Книга И пришёл Лесник! 28, страница 106 – Василий Лазарев

Большинство из собравшихся стаю встретили впервые. Если о Фельдшере было ещё кое-что известно, то Паука и Пантеру видели впервые. Играла бы эта парочка не нашей стороне, то они вполне могли уничтожить треть жителей в городе не напрягаясь. Но, на наше счастье, подобные экземпляры не заходили в Вавилон из Пекла. Напрямую пройти им мешала чернота и море, а вокруг по дороге смерти они не ходили. Возможно дело было в той же черноте, идущей параллельно. Не любят заражённые близко к ней приближаться. Вот Гранитный иногда посещали подобные твари, но до Вавилона не доходили. Помельче калибром элита появлялась в Старом городе, но от неё людей спасала стена. И так Паук расширил ход за десять минут, сделав его в три раза шире, что давало нам возможность сразу одеть экзоскелеты и дальше спускаться уже в них. Внизу ничего не изменилось, туннель Инженеров остался прежним, и дорога вплоть до самой камеры была пуста.

С собой у нас было три золотых слитка на всякий случай, если какой-то один из них не подойдёт. Мерлин специально проконсультировался с Бэрримором и тот подтвердил, что подобная печать-ключ имелась на каждом слитке из Старого города, а также на некоторых вещах, найденных Жидом для продажи. В результате все двери открылись беспрекословно, и мы оказались на самом краю гигантской пещеры, сплошь покрытой булькающими лавовыми протоками, разделявшими тёмную землю. Вдалеке на холме стояла золотая пирамида, которую сканировала Лиана. Мне показалось, что она гораздо больших размеров, чем знаменитый отель. Дойти напрямую никак не получится, придётся нам пройти лабиринт из раскалённой магмы, медленно текущей зажатой в базальтовом русле. Ко всему прочему ближе, чем на три метра к лаве нельзя было подойти из-за сернистых испарений.

— Вот где настоящий Ад! — прокаркал папаша Кац, вышагивающий рядом со мной облачившись в экзоскелет.

— Жрецов не видно? — спросил я, задрав голову.

— Никого не видно, они нас игнорируют, Женя, — ответила вместо него Ирка.

— Сейчас постучимся, посмотрим, как они отнесутся к этому, — угрожающе пообещала Жанна по общему каналу потрясая плазменными пушками.

— Надо выставить треноги на предельной дистанции и попытаться проделать им дыру в обшивке, — сказал я.

— Я вижу подходящую площадку… и они всё же решились! — весело сообщила Лиана, заметившая при помощи оптики экзоскелета движение рядом с пирамидой.

— Вижу! — кивнула Жанна. — Около двадцати особей, кто такие отсюда не видно. Движутся к нам, Лесник.

— Колонна, стоп! Корнет раскладывай треноги. Примем их здесь. По флангам лава, надеюсь они не ходят по ней.

Корнет со своими и людьми Туза принялись монтировать треноги приколачивая их к грунту. Мы захватили с собой четыре мобильных комплекта. У нолдов встречались оборонительные варианты, примерно такие мы встречали на кластере Атомитов у нолдов. Тогда две подобных штуковины остановили несколько сотен Атомитов, так что измельчить несколько десятков психов с палками мы сможем без проблем.

— Жень, я не знаю как, но эти недоноски идут по прямой игнорируя магмовые потоки, — сообщила Лиана с лёгкой озабоченностью в голосе и произнесла в канале экзоскелетов. — Делай как я!

Она вышла вперёд и начала раскручивать стволы плазменных пушек. По шесть пакетов на одну руку итого двенадцать. Ирка встала правее неё, Маша рядом с ней. С другой стороны, Жанна активировала пушки. Даже папаша Кац тихо ругнувшись встал рядом с Жанной. Шеренгу экзоскелетов разрывали четыре орудия, уже накрепко прибитые к грунту специальными патронами, пробившими базальт. Я и Мерлин не одели экзоскелеты, также как и люди Корнета и стояли позади шеренги готовясь отсекать жрецов, если те каким-то чудом проникнут в расположение. Фельдшер разглаживал халат и пристраивал стетоскоп в нагрудный кармашек. Я заметил, что разглаживал он его всегда перед битвой. Нервничает? Возможно. Хотя что ему переживать, позади нас лежала Пантера и вылизывала лапу, она полностью отражала окружающий пейзаж и её трудно было заметить. Рядом с ней круглой полусферой притаился паук. Сейчас он слился по цвету с почвой и казался неприметным бугорком.