Книга И пришел Лесник! 24, страница 117 – Василий Лазарев

— Ися! Ясик отрашти, фебил! Фука!

— Сейчас, Сонечка, сейчас! — папаша Кац закудахтал знахарь вокруг неё и положил ей на голову руки. Соня наконец успокоилась. Через три минуты величайший знахарь всех времён отнял свои золотые руки от злющей Сони. Она пошевелила языком и почувствовал некий дискомфорт.

— Укороти немного, — попросила она. — Зачем мне такой длинный язык?

— Зачем, душа моя? По-моему, это так сексуально! — обрадовался Изя Кац. — Радовать меня, а ты что подумала?

— Я убью тебя, Кац! Прям сейчас как клопа одним ударом, — пообещала девушка с золотыми глазами. — Как я тебя встретила, ты не перестаёшь издеваться надо мной, сволочь носатая! То череп отрихтовал мне, то всё остальное. Скотина! — Соня заплакала.

— Я всегда говорила, Кац, монстр! — кивнула Лиана не переставая ржать.

— Ну не плачь, Сонечка. Поменьше? Ради бога! Так нормально? — он обнял свою жену.

— Нормально, и вот здесь гусиные лапки у глаз убери скорее, сволочь! — потребовала заплаканная Соня, рассматривая свой язык в зеркальце.

— Не вопрос, убрать гусиные лапки! — как робот повторил папаша Кац. — Сейчас!

— Хорош уже тупить, там люди разбились! — сказал я, вылезая из броневика. Обернувшись, я понял, почему подлетел второй броневик. Он в тот момент как раз заехал на трамплин из лежавшей скалы. Это ещё полбеды, Изя починит девок, а вот броневик чинить нам уже негде. Все мастерские сейчас расплавились в ядерном огне. Замечательно, сука! Такого обращения с собой не выдержала даже нолдовская техника. Броневик прилично расплющило о скалу. Рядом с ним сидела Пенелопа и баюкала сломанную руку. Обгоняя меня промчался папаша Кац с саквояжем и волосами назад. С криком: «что ты со мной сделал, долбоёб!» за ним гналась Соня. Позади всех согнувшись от смеха брела Лиана. Я взглянул на Соню и в ужасе отшатнулся. Кац оставил её без ресниц и верхних век. Огромные глаза как у рыбы навыкате сверкали золотом, Соня шаталась не понимая, где она и шарила вокруг себя руками угрожая убить знахаря.

— Сонечка! Рука дрогнула, прости! Сейчас всё верну на место! — пламенно пообещал запыхавшийся Изя Кац.

Ракета набила себе огромную шишку на лбу. Рейко отделалась легче всех выбив всего пару передних зубов. Мы с Лианой перекладывали припасы из второго броневика в первый. Затем устроили привал прямо на пляже открыв сухой паёк нолдов захваченный в базе. Ничего другого у нас не было. Кое-как развели костёр разобрав деревянный шезлонг.

— Надо будет в магазин заглянуть, — облизывая пальцы заметила Лиана.

— Точно, точно. А потом к Протеус заглянуть, — напомнил папаша Кац сверкая свежим синяком под глазом.

— О, боже. Эти говнюки ещё живы, — вздохнула Ракета. — Их ты мы как намереваемся уделать?

— Да так же, — подала голос пришедшая в себя Соня. — Бомбу в трусы и досвидос.

— Осталось понять, где у них трусы, — пробормотала Пенелопа.

— Я их обесточу и увидим, — пообещала Рейко. — Жалко стая ушла в Пекло.

— Что им здесь ловить? — задал риторический вопрос папаша Кац. — Нас если только сожрать. Мы же всех вывели! Даже геников не осталось, Протеус несъедобные, нолдов они доели…

— Да уж, — вздохнула Лиана. — И Тихоня тоже улетит, а я уже стала к нему привыкать. Скорее всего тоже улетел.

— Мне кажется и нам пора… улетать отсюда, — я взглянул на море. Искупаться что ли? Нет, пожалуй, пока рановато, над водой поднимался знакомый зеленоватый туман. — Видите, и над водой туман.