Книга И пришел Лесник! 23, страница 32 – Василий Лазарев

— Из геника азу было, — спокойно сказал Чукча, чем чуть не убил Изю Каца на месте. Папаша Кац закатил глаза, схватился за горло и побежал в сторону блевать. — Филейная часть у него сразу за головой. Очень мягкая точно, как вырезка. С боков тоже ничего. За грудинку сойдёт. Хвост можно на холодец оставить.

— Чукча, сука, ты серьёзно? — на этот раз позеленела уже Лиана. — Ты нас чем кормишь, сволочь?

— Да, начальница. Вкусной он, большая кастрюля, однако нужна. Плова много будет! Рис, ещё купить надо! — радостно сообщил Чукча. — У нас на севере рис не растёт, дюже дорого стоит. Мешок за оленя отдают!

— Чуть позже. Будет тебе и кастрюля, и всё остальное. Как ты их ловить собираешься? — спросил я с трудом сохраняя спокойствие. Если не знать из кого, то можно и съесть. Со мной подобное случилось, когда меня пловом из собачатины буряты угостили.

— Пустяки, геник глупый. Чучело делаешь и к нему пару противотанковых гранат на растяжке привяжи, однако! Геник ночью выходит. Смотрит, смотрит по сторонам, слушает! — предполагаемые действия геника Чукча показывал нам воочию и в красках. Осторожно ступал, имитируя ползущего геника, медленно крутил своей узкоглазой башкой принюхиваясь. Потом разбежался и подпрыгнул якобы хватая глупое чучело. — Подкрадётся к чучелу и сразу набрасывается, пока оно не сбежало. Как схватит зубами, так сразу старается отползти дальше. Граната срабатывает и… плов готов!

— Замечательно. Кого, тебе ещё приходилось употреблять в пищу? — ну зачем я это спросил?

— Всех, — коротко ответил Чукча.

— И людей? — сморщила своё прекрасное личико Лиана.

— Они как свинина. Начальница, мы когда сюда шли триста вёрст, так хотели есть! Две недели почти не ели. И когда заражённые убили тётеньку, так её люди хотели сырой сожрать. Я говорю им! Однако, давай котлеты из неё накрутим, — бесхитростно ответил Чукча.

— Да, я тогда и поняла. Вот он мой мужчина! — вставила Пелагея. — Из любой жопы выберется!

— Отличный ход, Чукча, — поздравила его Лиана и отошла от него подальше, даже будучи в экзоскелете.

— Я живой не ел, начальник. Тётка дохлый как дрова лежит! Трудность была, жить надо, однако.

— Да, да, я ничего. С луком хотя бы? — спросил я и тут Лиана окончательно взбесилась.

— Лука не было, начальник. Плохо совсем, цинга без лука придёт, однако!

— Ну ты то куда, Жень. Я вас сейчас всех прикончу, людоеды ебучие! — чуть не плача пообещала рыжая. — Людоеды!

— Кто? — нас догнал папаша Кац, весь бледный как простыня.

— Никто. Изя, ты с техникой как? — спросил я взлохмаченного профессора физики.

— На «ты». Я же физик-ядерщик! Меня везде знают. В Сорбоне, вообще везде! — приосанился папаша Кац.

— В каждой «краснобелке» его знают в лицо, — повеселела Лиана.

— Я пью дорогие напитки, женщина. Если вы там у входа сидели, мелочь стреляли, не надо марать моё честное имя. Что за техника?

— Да вот, — я вытащил из брезентового рюкзака жёлтый чемоданчик. — Узнаёшь?

— О! Лесник ты не видел фильм ужаса «Похождения жёлтого чемоданчика»? — воодушевился папаша Кац. — В нём в конце расчленёнку нашли.

— Изя, соберись — я раскрыл аварийный комплект. — Видел такое раньше?

— У пилота отобрал? Здесь всё просто. Нажимаем сюда, начинает работать аварийный маяк, — папаша Кац потянулся пальцем к синей кнопке на жёлтом корпусе. Я отодвинул чемодан, чтобы он не нажал.