Книга И пришел Лесник! 17, страница 94 – Василий Лазарев

— Сиплый! Этот может ещё не то, — кивнула Иштар. — Сказала же вам не входить в дом. Зачем вы туда попёрлись?

— Нас девушка пригласила, — просто ответила Жизель.

— Вот же идиоты! И что? Нельзя было как-то отмазаться? Узнали про Горца и отвалили. Но нет, у него же чешется между ног, да? Сиплый над ним хорошо поработал. Когда я потеряла связь с Красавчиком ему уже удалили почти половину кожного покрова и знатно покалечили, — по лицу нимфы блуждала улыбка.

— Госпожа, вам как будто нравятся те люди или я ошибаюсь? — неуверенно спросила девушка.

— Нравятся, — задумчиво кивнула Иштар и добавила с сожалением, — Мне с ними было легко. Может, поэтому я их ещё не убила? Эх, какая команда у нас была.

— Красавчик умер?

— Я этого не говорила. Скорее всего от боли он перестал воспринимать меня. Не думаю, что Сиплый даст ему так просто покинуть этот славный мир. Они его сейчас лайт-спеком обколют и продолжат. Ты знаешь, что такое свиноферма? — в последний раз Иштар окинула себя взглядом в зеркале в прихожей.

— Нет, — Жизель выглядела очень испуганной.

— Держат человека на привязи, — Иштар достала косметичку и быстро обновила помаду. — В клетке. Удаляют скажем одну почку раз в три дня и ждут, когда она вновь вырастет. И так по кругу. Почки, селезёнка, глаза, яйца, всё кроме сердца и мозга. Спасибо Улью, мы это всё регенерируем. Как отрастёт орган, они его снова режут. И всё это время человек в сознании. Муры при мне так одного держали на лайт-спеке месяц, пока он уже его воспринимать перестал. Но Лесник с ребятами не получают от этого кайфа. Так, немного поиздеваются и отдадут в руки правосудия. В результате Красавчик окончит свои дни на колу посреди какой-нибудь площади и будет долго жалеть о содеянном. Потому что он тупой, если он просто трахал девок, то они бы ему ещё доплачивали, но нет. Мало убить, надо ещё обезобразить, знаешь, а мне ни капельки его не жалко. Знала бы, что у него не все дома у медуз оставила. Зачем мне тащить эту мразь за собой. Мне показалось, что ты к нему неровно дышишь, не хотелось просто тебя расстраивать, Жизель. Я хоть и нимфа, но человеческие понятия мне не чужды. Так что в Вавилоне быстрее меня простят, чем его. Женщин мало в Улье и так с нами обращаться нельзя. Поняла? — Захлопнув пудреницу закончила Иштар.

— Угу.

— Тебя не посадят на кол, не бойся. Будешь отрабатывать свои грехи очень долго, — подбодрила Иштар Жизель.

— А вы где будете, госпожа? — у Жизель дрогнул голос.

— Выйду замуж за Горца. И подчиню себе Вавилон, — звонкий смех нимфы прокатился по длинному пустынному коридору.

— Тогда может и за меня словечко замолвите? Я ведь никого не убила и находилась под приказом нимфы, — Жизель с ужасом посмотрела на улыбающуюся Иштар. — Ну, то есть… вы же поняли.

— Вот ты как заговорила? — Жизель в ужасе отшатнулась от Иштар. — Шучу, ничего с тобой не случится. При мне будешь.

На улице они старались не разговаривать и прикинувшись переселенками быстро направились к остановке маршрутки. К зданию администрации они добрались, когда уже смеркалось. Иштар это было только на руку. Окна первого этажа мэрии светились и было видно, как там снуют люди. Чиновники в Улье ничем не отличались от тех, что остались на Земле. Иштар понимала, что стаб огромен, а вместе с ним полно проблем. Опять же необходимо вести множество записей и учёт всего в чём ежедневно нуждался стаб. В общем вся эта канитель ей страшно претила, чиновников она не жаловала ещё по прошлой жизни. Копаться в ворохе бумаг глотая пыль, нет, это абсолютно не моё, обрадовалась Иштар.