Книга И пришел Лесник! 15, страница 60 – Василий Лазарев

— Вроде не видно стен, значит мы не в гроте, — крутя головой решила Лиана.

— Похоже. Сейчас все соберёмся и врубим прожектор, — мы его закрепили на спине Герберта. Он не мог участвовать в бою, не имея соответствующих даров, так что вполне мог послужить подставкой для громоздкого прожектора. Оператором прожектора я назначил Мотоко, она будет крутить старичка вокруг оси освещая нам путь. Наконец мы все собрались и пристегнулись. Первым пойдёт Сиплый с его щитом, следом я и Зараза. За нами Лиана, папаша Кац и Мотоко с Гербертом. Рыбы обычно реагируют на свет и увидев прожектор заинтересуется им, тем самым игнорировав нас. Нам это даст дополнительные секунды, а Мотоко в начале атаки выключит свет.

— Включать? — спросила по внутренней связи Мотоко.

— Давай! — яркий сноп света пронзил толщу мутной воды, поступающей на платформу из озера. Луч простёрся на добрую сотню метров и упёрся в каменную стену. Возглас ужаса известил общее мнение. Мотоко начала вращать Герберта вокруг оси и прожектор высветил вокруг один камень. Я вспомнил слова Герберта вчера ночью и дотронулся рукой в перчатке до дисплея, закреплённого на запястье. Радар, он говорил о радаре. Как же я мог забыть. Нажав пиктограмму радара, я почти сразу получил картину окружающего нас пространства. Наши самые худшие опасения подтвердились, мы оказались в каменном мешке. Из него вело два извилистых туннеля. Один вскоре исчезал, закончившись тупиком, второй наоборот расширялся, петлял, вилял, дробился на части образуя лабиринт и… радиус действия радара на этом оканчивался. Никаких больших организмов в зоне действия радара я не заметил.

— Мотоко, ты что-нибудь видишь? Своим даром? — спросил папаша Кац.

— Нет, но мой потенциал в этом каменном склепе заметно упал. В лучшем случае я вижу на триста метров всего. Никого нет.

— Погоди-ка, — я внимательно уставился на дисплей. Ну точно, я-то думал он километров на десять бьёт хотя бы. Те же триста метров. Вот это фокус, что за камень такой чудесный вокруг нас. — Радар также ни черта не видит, пойдём на ощупь. Знать бы ещё куда. Никому не отстёгивать фалы иначе здесь и останетесь. Самый малый вперёд. — Это я уже у дядьки набрался, он у меня на буксире служил. Ещё до войны.

Сиплый включил двигатель скафандра первым. Громкое название — двигатель, на самом деле передвижение в водной среде было предусмотрено внешниками, в этом случае выступал маломощный водомёт позволяющий двигаться обладателю скафандра километров пять в час. Как будто идёшь пешком, но то и хорошо. Плыть столько под водой никаких сил не хватит. У нас не было ласт, а по-лягушачьи отталкиваться ногами мало помогало. Напоминало бег на месте. Нам пришлось углубиться метров на сто, чтобы достигнуть выхода из каменного мешка. Вода по-прежнему оставалась мутной и зеленоватой. Штатные фонари с трудом пробивали муть на десять метров перед собой. Вся надежда была на прожектор и радары у каждого на рукаве скафандра.

Выход из мешка представлял собой туннель диаметром от пяти до десяти метров. Стены его покрывала какая-то белёсая слизь, противная на ощупь даже через скафандр. Мы продолжили осторожное прохождение растянувшись во всю длину. Не нравилось мне это место, более того вообще вся платформа резко не нравилась. Не люблю я как слепой котёнок тыркаться неизвестно где. И тут сразу пришло подтверждение моих опасений. В наших шлемах раздался истошный крик папаши Каца.