Книга И пришел Лесник! 16, страница 56 – Василий Лазарев

— Никак нет, господин барон, не кажется. Натурально разогревается, — упавшим голосом ответил Зигфрид и с тоской посмотрел на отрытую на всякий случай траншею позади них в десяти метрах. Он уже прикидывал успеет ли он добежать до неё. — Я бы даже сказал, он становится оранжевым… почему-то.

— Ничего удивительного, уран же, — Хайзенберг совершенно не волновался, эксперимент протекал абсолютно предсказуемо. Его спокойствие передалось помощникам и те заметно повеселели. В этот момент клеммы кабелей засветились оранжевым светом и через мгновение колбы аккумуляторов вспыхнули словно Солнце. Оранжевые лучи приветливо засияли в десятке прозрачных колб размером с человеческий рост. Они стояли вертикально и сияли от наполнившей их энергии. Хайзенберг решил оставить их неотъемлемой частью вместе с реактором. К ним же в свою очередь можно будет подключать менее громоздкие аккумуляторы. Первая партия таких уже была готова и начала заряжаться от стационарных.

— Хм, однако, — заинтересованно сказал Хайзенберг. — Уже с десятью стержнями он выдаёт в два раза больше того, на что я рассчитывал. Великолепно! Гюнтер, дружище, налей-ка мне баварского светлого! — Слуга осклабился и сверкнул гнилыми зубами. Гюнтер полез в корзину для пикника и вытащил бутылку пива. Открыв, он опорожнил её в высокий бокал и передал барону Хайзенбергу. Пока господин барон наслаждался открытием и пивом, Гюнтер вылил остатки из бутылки в свою широко раскрытую пасть и зажмурился от удовольствия. Зигфрид сглотнул ком в горле и обвёл биноклем периметр. Кое-что ему показалось подозрительным, и он застыл, глядя в западном направлении. Одно из небольших окон стоячей тяжёлой воды начало менять цвет и бурлить сверх меры. Оранжевые пузыри бодро поднимались к поверхности и радостно лопались. Уровень воды заметно упал, Зигфрид подумал, что она куда-то уходит.

— Господин барон, взгляните на десять часов. Что-то странное происходит с болотом, — откашлялся Зигфрид. Барон, не спеша допил пиво и посмотрел в указанную сторону. Окно воды как раз плескалось недалеко от сложенных в ожидании незадействованных стержней. В отличие от соседей, болотце реально стало оранжевым и булькало полуметровыми ленивыми пузырями, заметно обмелев при этом. Тяжёлая вода, оставшаяся от прошлых экспериментов, натурально покидало впадину исчезая в неизвестном направлении. Практически на глазах озерцо высохло, казалось, что кто-то сидевший в глубине втянул всю жидкость в себя. И этот кто-то не заставил себя ждать. Серая бугристая макушка показалась на дне впадины и начала подниматься, превращаясь в омерзительную морду Годзиллы. Крокодил на двух ногах с хвостом десятью метров ростом выбрался из осушенного болота. Его шкура светилась оранжевым светом так же, как и глаза. Хайзенбергу показалось, что из его глаз брызнули лучи в полутьме, хотя небо стремительно светлело.

— Что это? — не своим голосом спросил барон.

— Не могу знать! Охрана! Аларм! — звучно закричал Зигфрид. Барон вскочил из кресла не в силах отвести взгляд от чудовища. Годзилла застыла в раздумьях не зная, чем бы ей заняться. Она разрывалась между складом топливных стержней и призывно светящимся оранжевым реактором. На людей она пока внимания не обращала. Годзилле не терпелось приобщиться к великому эксперименту. Каким образом она оказалась здесь никто не понял, ни один из присутствующих не заметил одной детали, а именно возникший разлом на дне небольшого болотца. Он едва достигал трёх метров в длину, но его хватило, чтобы через него пролезла Годзилла. Животное наконец сделало выбор и пошлёпало к топливным сборкам неуклюже переваливаясь на своих тюленьих ластах. Добравшись до аппетитной горки стержней, Годзилла схватила первый попавшийся своей мощной лапой. Обнюхав его, она откусила краешек. Барон Хайзенберг потерял дар речи от такой наглости и только тыкал в Годзиллу пальцем, пытаясь что-то выкрикнуть.