Книга И пришел Лесник! 8, страница 82 – Василий Лазарев

— Напомнило стоматолога? — улыбнулась она. — Садись, не бойся.

— Ну ты и места выбираешь. Попроще негде «обследовать голову»? — усмехнулся я и сел. — Иди ко мне!

— Нет, любимый сегодня мы будем на самом деле заниматься твоей головой. Я вчера обследовалась и у меня для тебя плохие новости, — она поджала губы и нахмурилась. Она обошла вокруг кресла и топнула ногой. Из пола вырос стул, и она устало опустилась на него.

— Что ещё случилось? Корабль работает, средство от этих тараканов у нас тоже появилось. Что не так? — мне не нравилось, как она смотрела на меня.

— Милый, я тебя правда полюбила. — отличное начало решил я. — На нашей планете женщина может родить только от любимого человека. Когда меня назначили капитаном мне было двадцать шесть лет биологических лет. Сейчас мне двадцать восемь, если не считать тех лет, что я провела в анабиозе. Да, не удивляйся, у нас очень рано взрослеют. Хотя мы живём дольше землян, но взрослеем намного раньше. В двадцать шесть лет я имела уже три специализации и считалась хорошим специалистом. Но капитанами у нас назначают не за знания, а за индивидуальные качества. Знания хорошо, но наши машины настолько мощны, что стоит сказать только слово и они сделают всё. Нам не нужно изобретать велосипед или держать в голове все знания мира.

— К чему ты это? — я совершенно не понимал куда она клонит.

— Скоро узнаешь, я хочу немного рассказать о себе. Ты же обо мне ничего не знаешь или тебе не интересно? — она посмотрела мне прямо в глаза.

— Интересно конечно же, просто я не пойму почему в такой обстановке и вообще. Я чувствую себя как у нолдов в операционной, — я огляделся по сторонам.

— У нолдов? А! Эти изверги, да помню. Извини, кресло нам необходимо. И это не больно. Так вот, слушай дальше. Высшими, это наши правители, было сделано объявление, что объявляется очередной конкурс для подготовки экипажа космического корабля «Скиталец». Как бы не величественна наша цивилизация с учётом двадцати пяти пар хромосом, такие корабли наши верфи выпускали не чаще одного в год. Шутка ли, пять миллионов колонистов! Капитан для них становится царём и богом в одном флаконе. Это же не просто дальний разведчик или сеятель. Это целый островок нашей цивилизации. Помимо всех технических вопросов и всяческих тестов был ещё один, последний. Заявку на должность капитана подали больше тысячи человек. До финального теста добралось шесть человек.

— И в чём же он заключался? Шестеро из тысячи!

— Он очень простой, но пройти его невероятно сложно. Ты одеваешь лёгкий скафандр с запасом питательной смеси и воздуха. Тебя помещают на орбите в условиях полной невесомости в некое подобие гроба, только больших размеров. Сколько будет длиться проверка тебе не сообщают. Она может закончиться через час или год. Ты должен ждать и надеется, что тебе вытащат. Всё на полном серьёзе, все кто соглашаются на финальный этап подписывают документы, что готовы пожертвовать своей жизнью. Фактически капитан, это смертник, он умирает ещё при подготовке. Как у вас на заре развития космонавтики. Любой полёт, это билет в одну сторону. Думаешь много таких целеустремлённых было? Позже желающими слетать в космос был каждый первый, а в самый первый раз… Я это так говорю, потому что у нас было то же самое. В моём случае это была громадная ответственность, я обязана ценой своей жизни спасти экипаж и выжить. Если не удаётся, то постараться, чтобы хоть кто-то выжил и спасти корабль. Сейчас, когда нас осталось двое, Нибелунга я не считаю. Да, двое, не удивляйся. Ты теперь не человек, а принадлежишь к моей расе. Я приняла такое решение, чтобы спасти тебя. Ты теперь такой же, как и я.