Книга И пришел Лесник! 6, страница 10 – Василий Лазарев

— Почему? Он вроде ничего такого не говорил, — неуверенно сказала Кобра.

— А про здоровье ваше? Что вы такие все здоровые и румяные? Когда обращённые выпивают кровь из человека, они вопреки всем ожиданиям становятся как раз такими вот румяными. Как вы успели заметить мы живём в бункерах, да здесь и наверху солнце не увидишь. Румяные они первую неделю, потом приходят в себя и их уже не отличить от нас. Я отругал его, потому что он привёл вас в бункер. С одной стороны, семь обращённых сразу можно считать вторжением, но у вас не было оружия. Нашего оружия, то, что было при вас здесь не работает. Только это и спасло его от расправы. Вы даже не представляете, что может сделать один обращённый в бункере. Пару месяцев назад в Бресте вычислили обращённого. Старый, в смысле кликуха его, был как-то в рейде. Искали скрытые бункеры нейромантов. Нашли. Вернулся вместе со всеми, благо бункер оказался пустым. Поживились имплантами, оружием. Всё хорошо, но через неделю один слёг в больничку. Весь бледный, его раздели и обнаружили на внутренней стороне бедра характерные следы укусов заражённых. Что интересно, когда обращённые кусают, то жертва их как бы не видит. Забывает о них, и они этим пользуются и доводят человека до истощения. Если сразу не заметить, и жертва сгинет где-нибудь в глубоких подвалах бункера, то обращённого практически не вычислить. Есть некоторые косвенные признаки, но это всё такое.

— И что же потом произошло со Старым? — мне такие истории очень нравятся.

— Вывели его на чистую воду, но пристрелить не успели. Тогда и началось самое веселье, он успел покусать шесть человек. Обращённым надо всего минуту, а то и меньше, чтобы оставить человека вообще без крови. После такого он гарантированно очнётся тоже обращённым. Матёрым вурдалакам времени надо и того меньше. Тем они и опасны. Идёшь ты с ним рядом, и в этот момент он бросается на тебя. Если ты не имеешь дара для физического устранения, то считай покойник.

— Неприятно, — почесал затылок папаша Кац.

— Согласен, — улыбнулся Череп.

После завтрака у нас началось «обучение», как бы смешно это не звучало. Хотя смешного было мало, во всяком случае от Клюва мы вышли очень озадаченные. Так продолжалось две недели, в течение которых Клюв натаскивал нас. В конце мы уже более-менее ориентировались в том куда попали. Некоторые из занятий запомнились особенно.

— Давайте знакомиться. Меня зовут Клюв, видели мои плакаты? Как вам? — молодой парень с бегающими глазами не находил себе места и всё время что-то теребил в руках. Клюва он получил за свой внушительных размеров нос, которым он постоянно шмыгал. В классной комнате висели ещё несколько его творений, чтобы не говорили, лично мне они понравились. Было в них что-то такое злодейское и наплевательское на всех. Человек хоть и вёл себя странно, зато гнул свою линию, а не шёл за кем-то.

— Видели в столовой два плаката, — кивнула Лиана.

— Плакаты? А это фигня. Старьё, я думал их давно выбросили оттуда. Сам я там давно не появляюсь. Не люблю громкие сборища и пьянки.

— И часто они там… морально разлагаются? — заинтересовалась Кобра.

— Да почитай после каждого рейда, пару раз в неделю точно. Начинается всё чинно, зато потом частенько доходит до групповухи. А мне потом выговаривают, что я, мол, чернуху рисую. Мне пожрать сюда приносят, — он обвёл руками свою берлогу. В центре некогда просторного зала он разгрёб место для нескольких кресел и стола. Именно разгрёб, по всей видимости лопатой. Всё остальное пространство было завалено многочисленными предметами, некоторые мы видели впервые. — Вот моя последняя работа, смотрите.