Книга Чужая 3, страница 149 – Василий Лазарев

Я нащупала в кармане ключи и осторожно открыла нижний замок. Ключ подошёл, и замок тихонько щёлкнул. Дверь открывалась на себя, насколько помню. Вошла в прихожую. В квартире пахло пирожками, их обычно готовила мама в выходные, снабжая отца и меня на всю неделю вперёд. Кто-то гремел посудой на кухне.

Заглянула в комнату. Отец сидел перед компьютером. Выдохнула. Неужели получилось? Я снова в нормальном мире и не сошла с ума. Села в прихожей и закрыла лицо ладонями, собравшись рыдать.

— Это кто у нас здесь? Маргошка, ты чего? Где пропадала? — В прихожую заглянула мать. — Где тебя носило всю ночь?

— Мать, отстань ты от неё. Как будто ты в её возрасте приходила ночевать домой каждый раз, — донеслось из комнаты.

— Ой, кто бы говорил. Я-то с тобой пропадала. Светка обзвонилась вся. Ты куда от них убежала на дискотеке?

— Она жива? — реально удивилась я.

— Что значит жива? Ты пила, что ли? Давай завязывай с этим. Тебе диплом же защищать. Не хватало ещё спиться на последнем курсе, — рассмеялся отец из комнаты.

— Да уж. Нет, не пила. Я прикалываюсь так, мам. Гуляла по Москве. Всю ночь.

— Это же опасно! Ночью на улицах кого только нет.

— Я с друзьями. С ними не страшно, даже в Москве, — улыбнулась я. С такими друзьями, как у меня, не страшно вообще нигде.

Погодите, а что же это получается? Светка оказалась дома и даже не вспомнила, что попадала в лапы нолдам? И я… Если я пропадала в Улье четыре года, а здесь прошла всего лишь одна ночь, то что же получается. Тогда и Юлька, проведшая в Улье десять лет, сейчас так же сидит дома и тупит. И Титан? Что же такое Улей? Эксперимент, поставленный над людьми призраками? Жестокий такой эксперимент. Ничего не скажешь.

В прихожей зазвонил телефон. Резко, я даже вздрогнула. По городскому сейчас звонили только надоевшие до жопы рекламщики и прочие сатанисты. Но на этот раз из трубки раздался возбуждённый голос Светки:

— Слышь, подруга, не пугай. Мобила твоя не алё. Мать не знает, где ты. У тебя всё нормально?

— Да, — ответила я. — Мобила, похоже, в клубе осталась.

— Ты помнишь, как мы раскурились и ты куда-то слиняла?

Знала бы она куда. Поседела бы сразу. Я усмехнулась.

— Помню.

— А чего ржёшь? Не отпустило ещё?

— Нормально всё. Гуляла я.

— Приходи, сегодня у нас вечеринка у Наташки. У неё новый парень. Такой красавчик, как она говорит. Кутнём. Её предки в Давос опять укатили.

— Тебе бы только кутить. — Светка могла гулять неделю, и ей всё было нипочём.

— Так молодые же. Знаешь, как быстро проходит молодость?

— Представляю.

А я ведь теперь старше её на четыре года, что само по себе заметно. А если учесть, где была всё это время, то я уже старуха по сравнению с ней.

— Марго! А всё же колись, где была всю ночь? Где зависала?

— Встретимся, поговорим.

— Смотри! Ловлю на слове.

Я положила трубку на рычаг.

— Куда опять собралась? Ещё даже не разулась и опять намылилась уже. Без обеда не отпущу. Марш мыть руки и на кухню. А то конвой вызову в лице отца. — Мама стояла, уперев руки в бока, и стараясь выглядеть грозной, чем сильно рассмешила меня.

Побыв до вечера дома, я вышла на улицу. Не знаю, но мне здесь было душно. Не хватало воздуха. Всё вокруг казалось таким пресным и картонным. Вероятно, это та самая адреналиновая ломка, о которой меня предупреждал Рекс. Идёшь себе по улице, а мимо тебя проплывают улыбающиеся лица. Не все, конечно. Жить сейчас стало ещё сложнее, ведь тебя окружает столько соблазнов. Но на всё это нужны деньги, а их нет. Люди берут кредиты и потом ходят, грустят, попадая в зависимость. Точно как наркоманы, только те всё-таки ещё успевают покайфовать и только потом умирают. А эти нет. Купят и тут же думают, как расплатиться. Особенно им становится грустно, когда до них наконец доходит, что купили они вещь втридорога. Ведь у каждого кредита есть проценты. Хорошо не брать кредитов!