Книга Закат 2, страница 71 – Василий Лазарев

— Стерва? — у девушки округлились глаза. — Ты не в Майами? А говорили, что ты того… эмигрировать хочешь.

— В Майами, ага в хуяме, перед тобой стою, не видишь разве? — Наташа раскрыла объятия и сграбастала девушку. Наташа была на полголовы выше местной красавицы. — Как тебя угораздило то? Жива, Зараза! Не обижают тебя здесь?

— Нет, всё нормально. Стерва, как же я рада! Я всем говорю, моя лучшая подружка в Америку уехала на ПМЖ, а ты здесь!

— Слушайте её больше, она здесь нам такое рассказывала, — насмешливо произнёс мужик. — Что она дочка министра здравоохранения и вообще.

— Да, она не врёт, — спокойно ответила Наташа. — А ты болван, дядя. Зараза, они тебя здесь обижают?

— Нет, это Михалыч, он прораб на стройке был. Всё никак не остановится, — громко засмеялась Зараза. — Командует круглый день, пока его спать не уложат.

— Понятно, чокнутый, — скривила гримасу Кроха.

— Если прораб, то каска должна быть, — в створе ворот показался Резвый. — Нельзя без каски, вдруг кирпич упадёт. Все команды забудешь.

В туннеле послышался шум и на платформу выбежали с десяток вооружённых людей. Двое с автоматами, остальные имели пистолеты и один из них таскал в руках трёхлинейку Мосина. Мамонт не удивился если бы они выбежали из туннеля с мушкетами. Кто здесь вообще за охрану отвечает?

— Всё нормально, свои! — замахала руками Лена-Зараза.

— Ты и на «гражданке» Стервой была, пупсик? — спросил Мамонт Наташу.

— Такая планида, что поделать, дорогой.

— Ого, на тебя не похоже, Наташа, — удивилась Лена. — Как он тебя причесал, подруга.

— Не знаю, чем вы здесь занимаетесь, но мы натерпелись такого, что поневоле изменишься, — объяснила Наташа.

— У нас здесь тоже жизнь не сахар. Пусть Михалыч объяснит, я даже говорить об этом не желаю.

— Сначала обед или ужин скорее, потом разговоры, — прошамкал Кощей, транслируя основную мысль.

— Тогда нам предстоит переход на Цветной Бульвар. Пушкинская, у нас считается пограничной станцией, — сказал Михалыч и повернулся к прибежавшему патрулю. — Вы остаётесь здесь до утра. В семь часов вас сменит Джузеппе.

— Пошли, Стерва! Покажем тебе наши владения, — радостно воскликнула Лена. — У нас уже бывали прецеденты с пришлыми группами, и мы взяли за правило сперва показать их нашему главному.

— Кому? — переспросил Мамонт.

— Главный, старший наш. Умный дядечка уже в годах. Говорят, он в Горкоме Москвы работал, — сообщила Зараза.

— Да они там все хапуги, знаем, — кивнула Наташа.

— Как и везде, где есть возможность. Здесь тоже ворует? — спросила Заразу Мамонт.

— Нечего воровать. Он, наоборот, организовал, объяснил. У вас что ли всё шоколадно? — огрызнулась Зараза.

— Везде бардак, — согласился Мамонт.

— Лена, он не любит коммунистов, — просто сказала Наташа.

— Так кто их любит то? Только те, кто у кормушки. Михалыча, спроси.

— Ваш главный, кстати, как его зовут?

— Товарищ Иванов.

— Ну Ленин прямо, так вот товарищ этот может объяснить откуда нечисть взялась в нашем мире? У них же ни Бога, ни чёрта нет, — включился в беседу Кощей. — Пусть жопу свою на поверхность вытащит, посмотрит.

— Они сами к нам спускаются, думаешь от кого прячемся? Таганские нам не так страшны. Их меньше, и они предсказуемы. Нечисть прёт отовсюду, раньше Пушкинская спокойной считалась, сейчас лезут сверху вампиры какие-то. Аномалии стали появляться в туннелях, одна такая перекрыла недавно нам переезд между Пушкинской и Баррикадной. Пришлось в обход ходить через кольцевую линию. Три дня стояла, потом уползла куда-то.