Книга Закат 2, страница 41 – Василий Лазарев

— Ну чё, Овца, добро пожаловать в клуб, — сквозь смех выдавила Кроха. — Они все такие! Обещать не значит жениться.

— Не все, но это явление редкое, — Наташа ласково посмотрела на Мамонта.

— Хорошо не все, но Резвого это точно не касается, — согласилась Кроха. — Он же ходок, а ты вроде не дура. Чего теперь нервы рвёшь? Найдёшь себе ещё кучу этих…

— Обидно, — Роза шмыгнула носом и принялась плакать. Закреплённый на торпеде приёмник ожил и всем известная радиостанция неожиданно выдала.

— Шмаровоз, Тульпа, Конечик, пшшш…, Чёрный! Чёрный! — И отключилась.

— Правильно сказала. Шмаровоз, да и только, — Наташа вырулила обратно на Ленинградское шоссе. За кормой мелькнула покорёженная вывеска «Клин». Перед вездеходом застыла девственная целина до самого горизонта. Скорость машины выросла до максимальной, Наташа не собиралась останавливаться до самой Москвы. Мамонт был того же мнения, искать здесь людей по подвалам, как оказалось дело опасным. В Москве будет не легче, но до сюда добивает их радиостанция из убежища и всем заинтересованным лицам известно место сбора. Мысль, конечно, правильная, но вместе с людьми приходят и нелюди. Как их отсортировать, лейтенант не знал. Никто не знал, поэтому к следующему сроку придётся ехать в расширенном составе. А пока что впереди их ждала Москва или то, что от неё осталось. Роза притихла, поплакав в жилетку Крохи и вроде как успокоилась убеждённая в том, что обязательно встретит своего мужчину в Москве. Она молодая, красивая и вообще на каждый товар найдётся купец, со слов Крохи. А вести себя так некрасиво. Сейчас не те времена, когда можно просто хлопнуть дверью и уйти. Выйдя из убежища, назад не вернёшься точно.

— И вообще жёстче нужно, Серёг, — предложила Кроха. — Накосячил первый раз, предупреждение, на второй внушение, возможно ногами, а на третий провожаем на выход и Купол назад уже не пропустит.

— Жесть какая-то. У нас и так людей раз, два и обчёлся. А нам ещё размножаться в новом мире предстоит, — задумался Мамонт.

— Ты сейчас серьёзно? — Наташа прищурила глаза, что ничего хорошего не предвещало. — И кого же ты собрался оплодотворить, позвольте узнать?

— Я образно. Может ты мне пятерых родишь.

— Семерых гномов и Белоснежку. Я, по-твоему, совсем рехнулась здесь рожать? — вскрикнула Наташа.

— Вот тут, Натаха ты мимо. У нас баб в убежище в три раза больше. Как бы это одно намекает, чего скажешь? Если не хочешь, то я тебя вычёркиваю!

— А ты знаешь, не удивлюсь, но только не я. Я себя не на помойке нашла! В моем генеалогическом дереве потомки Романовых есть. Ещё до Петра Первого, между прочим. Тех самых, настоящих Романовых, а не этих немецких фуфельных.

— О как! И как же вас не расстреляли до сих пор? — удивилась Кроха.

— Ты удивишься, деточка, узнав, что многие из тех, кто при Романовых высоко сидел, там и остались. Нет, конечно, новая элита возникла, но и старая лояльная большевикам никуда не исчезла. Нам то, что, главное, чтобы денег не отбирали и привилегии. Долгий это разговор. У тебя, к примеру служанка была? Нет? А у нас целых три было. И водитель, и садовник на даче. И знаешь кто им платил? Государство, а моя семья пользовалась. Никто никуда не делся, так было, так и здесь будет. Всегда найдётся кто-то равнее другого. Надеюсь, это для тебя не новость?