Книга Закат 1, страница 25 – Василий Лазарев

— Как же так? Так не бывает! — восхищённо рассматривал руку молодой человек. — Я видел огнестрельные раны, но, чтобы такое!

— А! Что я говорю! — возликовал Валера. — Сам в шоке! Мне теперь стоит дотронуться рукой до больного и пожелать и всё само проходит. Это всё от ракеты той. Что-то такое случилось, облако я видел воочию, и оно мне не приснилось. Да ты и сам видишь туман.

— Как же ты узнаёшь, что на улице делается, если всё заколотил?

— У меня на все стороны наблюдательные пункты есть. Бинокли в стенах, а на чердаке стереоскопическая труба стоит! Военный один подогнал, наверное, из той части откуда вы сбежали.

— Спасибо тебе, Валера. Бери что хочешь, я пойду гляну Наташу, — Мамонт поднялся и вышел в сени. Рядом с умывальником сидела на полу Наташа, расставив ноги. Платье задралось, и она тупо смотрела куда-то в пол. — С тобой всё нормально? Это от спирта? Чего ты молчишь? Валера! С Наташей плохо.

На крик прибежал растрёпанный фельдшер с шоколадкой в одной руке и зажжённой свечой в другой. Приблизив свечу, они увидели бледную Наташу. Она ещё не потеряла сознание, но была близка к этому и ни черта не соображала и только мычала. На полу под ней растекалась огромная лужа крови.

— Ай, беда, — всполошился Валера. — Кровотечение у неё. Держи свечку повыше и положи её на пол ровнее.

Мамонт сам сел на холодный пол и пристроил голову Наташи на свои колени. Свечку он поднял как можно выше. Весь подол платья был густо пропитан кровью. На полу также её натекло немерено. Валера согнулся над девушкой и приложил две окровавленные ладони к её паху и затих. Мамонт смотрел на эту сюрреалистическую картину и не верил своим глазам. Вдруг спасёт? Ему же фельдшер заживил рану, тем более загноившуюся. Почти за три минуты, здесь вопрос сложнее. Мамонт понимал это и держал свечку как можно выше, как сказал Валера. Он уже не обращал внимание на горячий воск, капающий ему на пальцы и как мог, молил всех богов, чтобы девушка выжила. Да, возможно не лучший образчик человечества, хотя и красивая, стерва. А он ведь Наташе не врал, когда сказал, что хотел её спасти. Так оно и было, причём без задней мысли. Ирину ведь тоже вёл за собой. Если честно Мамонт не хотел связываться с Наташей. Она красивая, но такие редко становятся хорошими жёнами. Таких приходится всю жизнь отбивать от поклонников. Ведь к ней каждый второй будет липнуть. На таких не женятся, а приятно проводят время и уходят по-английски.

— Кажись остановил, — Валера поднял голову. Очки, перемотанные изолентой, упали на деревянный пол в кровь. Её натекло очень много, может литра два, но полтора точно, а это уже предел, из-за которого не возвращаются без переливания недостающей крови. — Сейчас она очнётся и есть захочет. Пойду сготовлю что-нибудь горяченького, а ты вот ей шоколадку дай. Ей полезно будет.

— Что с ней случилось то? — спросил Мамонт.

— Выкидыш и кровотечение. А ты не знал? — уставился на Мамонта, перепачканный кровью Валера, вот они какие маньяки подумал Серёга, вглядываясь в подслеповатое лицо, поросшее недельной щетиной в свете свечи.

— Я с ней вчера только познакомился в части. Она правда корреспондент, приехала как раз перед самой войной.

— И то верно. Война это была. Кто победил? Никто не победил, — сам задал вопрос, сам ответил. — Помыть бы её. Пойду воду согрею.