Книга Экзорцист 2, страница 113 – Сергей Савинков

Нужно нейтрализовать фамильяров склянками с кровью и дождаться их госпожу. Если верить тому, что говорила Халфасса, обычные люди даже не слышат этот потусторонний плач, они попросту чувствуют животный страх и бегут отсюда, как можно дальше. А те, кто слаб душой, попросту умирают.

Хотя, если увидеть полуразложившиеся детские трупики, расхаживающие по аллеям в сгущающиеся сумерках, можно наделать в штаны только от одного их вида.

Я застыл, услышав подозрительный звук. Парк наполнился шорохами и воем. Земля буквально зашевелилась у меня под ногами. Посмотрел на пентаграмму в паре метров от своего укрытия. Будем думать, что я не напортачил с ритуалом, иначе меня не спасет даже усиленная регенерация.

Пентаграмма должна высасывать силу из окружающего пространства, а затем развоплотить фамильяров, обитающих здесь. Судя по ее слабому мерцанию, процесс начался.

Я смахнул выступивший на лбу холодный пот. Глянул в сторону видневшегося за рощей корпуса университета. Сложно стараться не замечать, как маленькие костлявые ручки разгребают землю в паре сантиметров от твоих ног. «Гадство», – зло подумал я. Почва буквально взорвалась и на поверхность выпрыгнуло небольшое существо. Ярко-синие пульсирующие глазницы и частично скелетированное тело. «Главное – не бояться! Фамильяры питаются человеческими страхами и способны их усиливать.

Поэтому, стой столбом и не шевелись, пока пентаграмма не обратит их в прах», – вспомнил я наставление Халфассы.

Тварь шумно втянула воздух и наигранно заплакала. Прыжок, и она исчезает за ближайшими кустами.

«Похоже, пронесло», – облегчённо подумал я и тут же увидел, как поляну пересекла ещё один фамильяр. «Гребанная пентаграмма», – подумал я, наблюдая, как ещё несколько тварей наворачивают круги вокруг меня.

Сижу тут, как идиот, вместо того, чтобы бежать отсюда без оглядки.

Роща наполнялась многоголосым плачем. Словно фамильяры пытаются излить накопившуюся в их душах горечь.

Присмотрелся магическим взглядом и увидел тонкие полупрозрачные нити, идущие от одной из замерших на тропинке тварей куда-то в направлении монастыря. Демонье. Похоже, Халфасса ошиблась в своих расчетах и тварь уже пробудилась. Придется импровизировать. Несколько фонарей на аллее замерцали неярким светом, но это не смутило фамильяров. Обычные люди не способны видеть и слышать эту нечисть. Если, конечно, тварь сама не захочет показать себя жертве, но, как сказала демонесса, подобные фокусы – редкость.

Вот же тихони монахини. Устроили здесь кладбище для убитых ими младенцев. Оказывается, даже сила данных обетов не спасала от подобных поступков. «Какой же тварью нужно быть, чтобы удавить собственного младенца?», – с отвращением подумал я. Фамильяры носились по парку, изредка надрывно плача и всхлипывая.

Неожиданно наступившая тишина резанула по ушам. Я не сразу заметил, как заколыхались связывающие нечисть нити силы. Похоже, их госпожа призвала тварей к порядку. Вон как они разом притихли. Со стороны, неподвижно замершие фамильяры, выглядят как забавные марионетки. Хотя, это я загнул, считать забавным мертвого ребенка может лишь конченый псих.

«Демон побери всю эту нечисть», – подумал я, когда в дальней части парка послышались приближающиеся голоса. Я неподвижно замер, ожидая, когда запоздавшие прохожие пройдут мимо. Мне нужно вытянуть всю силу из тварей и поглотить формирующиеся в пентаграмме кристаллы. Сейчас невидимая отсюда темная мать велела своим подручным замереть. Видимо, почувствовала усиленный отток энергии и пытается разобраться, понял я.