Книга Штуцер. Пепел надежды, страница 41 – Сергей Савинков

Глаза торговца алчно блеснули. «Да он же не в себе», – запоздало понял я.

Толстяк не без труда взял себя в руки.

— Я думаю, мы с Гадюкой поняли ваш посыл. Нельзя ли теперь перейти к сути нашей работы?

— О, что касается деталей, то тут всё просто и одновременно сложно. Вы, наверно, знаете, что мой бизнес накрепко завязан на торговле антиквариатом?

Я кивнул.

— Повторюсь, Мешок – уникальное место, когда я оказался здесь впервые, то рассмотрел неплохие перспективы для развития. Как мне известно, сегодня ночью вы покидаете форт. Все дальнейшие инструкции получите здесь, – торговец бросил на стол карту. – Об остальном позаботится мой человек. В ваших же интересах, чтобы все добытые в рейде ценности оказались в моём особняке ровно через две недели, иначе… – толстяк кивнул на отрезанную голову на блюде. – А теперь, прошу меня простить, но наша встреча окончена.

Фаберже поднялся из-за стола и направился к двери. Я переглянулся с девушкой. Появившийся в зале Буйвол дружелюбно улыбнулся и указал нам на дверь. Я забрал лежавшую на столе карту.

— Тебе не кажется это странным?

— Ты про то, как он с нами говорил?

Я криво усмехнулся.

— Толстяк явно не в себе. Меня на его месте куда больше бы интересовала судьба исчезнувших боеприпасов.

— А меня больше заботит то, что он работает в одной связке с наёмниками.

— С чего это ты сделала такие выводы? – я покосился на девушку, выскользнувшую из платья.

— Сам подумай. Задание главы гильдии и похищение детей. Тебе не кажется, что цель всего этого представления не столь очевидна, как они нам пытаются представить?

— Думаешь, хотят разыграть нас втёмную?

— Не исключено. Хотя, может, я ошибаюсь и здесь замешано что-то ещё…

— Разберёмся по ходу пьесы, а пока одевайся. Нужно ещё заскочить к оружейнику.

Спустя двадцать минут мы в сопровождении охраны покинули гостеприимное убежище торговца. Предоставленная машина доставила нас обратно в торговый квартал. Только в этот раз мы не стали рыскать по рядам с мелочовкой. Вместо этого мы с наёмницей направились к улице, где располагались наиболее крупные магазины.

Оружейная лавка «Калашников и сыновья». Я сверился с полученным от эсбешника листком и поднялся на крыльцо. Девушка тенью скользнула за мной.

— Проклятье!

Я не сдержал удивлённого возгласа. А тут было на что посмотреть. Нет, я и раньше бывал в оружейных магазинах, но это место было на две головы выше их всех. Неприметный вход был лишь ширмой. Огромный ангар, наполненный разнообразным снаряжением, поражал воображение. Оружейные стеллажи плавно переходили в полки, забитые обувью и одеждой.

Застеклённые витрины, забитые кронштейнами, кольцами, деталями и прочими мелкими расходниками, вызывали невольное уважение к хозяину этого заведения. Ассортимент боеприпасов и оружия и вовсе вводил в ступор. Хотя, сдаётся мне, что это не всё. За спиной продавцов угадывались проходы, ведущие в глубину складских помещений. ПНВ, тепловизионные приборы и прицелы, обвесы, ремни и прочее разложенное перед нами добро вызывали стойкое желание потратить все имеющиеся средства.

Наше появление заставило охрану оживиться, впрочем, это продолжалось лишь до того момента, пока я не подошёл к стоявшему за одной из многочисленных стоек седому мужчине и не протянул ему полученную от Мороза бумагу.