Книга Праведник, страница 30 – Сергей Савинков

Настя утвердительно кивнула.

— По полученным мной данным, поиски остальных школьников сосредоточены в районе, где его обнаружили.

— Какая несусветная глупость.

— Нет, ведь это логично. Самые азы оперативной работы.

— Нет, как раз наоборот. Если в деле замешаны сущности из-за черты, то они просто подкинули вам наживку, чтобы отвлечь внимание.

— Почему ты так уверен, что тут замешана нечисть? Может, дело в алкоголе, наркотиках или в глупой детской игре. У нас пока нет ни единой зацепки, чтобы делать выводы.

— Не знаю — не знаю, но в голове кружится какая-то мысль, словно я слышал уже о подобном происшествии раньше. Ты сказала, что возможный похититель музыкант, почему твои коллеги так решили?

— Просто на записи видно, что у него в руках футляр с каким-то инструментом. Плюс, он вроде бы начал играть.

— Ты уверена?

— Да блин. Я же уже сказала, что сама толком ничего ещё не знаю. Только вот изучаю те материалы, что мне скинули ребята.

— А тебе не кажется странным, что вы отчётливо увидели футляр, но не смогли рассмотреть лицо человека? Мне срочно нужна копия этой записи.

— Ага, кто бы мне её дал.

— Прояви чуточку женской изобретательности. Ты сказала, что тебе звонил один из экспертов. Меренков, кажется. Раз он тебе сообщил такие подробности, значит, рассчитывает на ответную услугу. Намекни ему, что не прочь сходить с ним в ресторан.

— С этим ботаном? Да ты издеваешься?

— Кто сказал, что ты выполнишь это обещание? Включи женское обаяние, или тебе не нужно продвижение по службе?

— Нужно, но не таким способом.

— Успокойся. Всё, что нам сейчас нужно, это копия записи.

— Попробую, но ничего не обещаю.

— Я тем временем осторожно порасспрашиваю очевидцев, покручусь в толпе, думаю, так мы сможем собрать куда больше информации. Сейчас даже слухи и домыслы могут нам помочь.

Телефон девушки звякнул, информируя её о новом сообщении.

— Для начала, нам бы очень помогло общение с выжившим ребёнком.

— Боюсь, что теперь это невозможно.

— Это ещё почему?

Девушка нахмурилась и прекратила возиться со своим телефоном.

— Только что сообщили, мальчик умер, так и не придя в сознание. Предварительная причина смерти — отёк головного мозга.

Соболева закусила губу.

— Чёрт.

Я лихорадочно пытался вспомнить, где и когда слышал про подобное. Музыкант и дети. Музыкант и дети.

Я так увлёкся, что едва не влетел в остановившийся на светофоре микроавтобус с наклеенной на нём рекламой цирка. Заметив, как я задумчиво рассматриваю афишу, Соболева предложила:

— Давай, может, я сяду за руль? Ты же не спал почти сутки.

— Нет, посплю позже, а для начала, будь добра, пробей-ка мне номер этого автобуса и уточни место, где расположился этот цирк.

— Давай отложим походы в цирк, на потом.

— Чёрт возьми, Соболева, делай, что тебе говорят. Молись, чтобы я был не прав, если это то, о чём я думаю, уже завтра утром мы найдём труп ещё одного ребенка.

— Можешь мне толком рассказать, зачем тебе понадобился адрес цирка, и куда мы так несёмся?

— А ты разве ещё не рассмотрела афишу на борту этой машины?

— Извини, но у меня голова забита более важными вещами.

— Ах, важными, ну-ну. Значит, парня в замысловатом тюрбане ты на ней не заметила?

— Да дался он тебе. Мы же ехали помочь в поисках детей, ты не забыл?