Книга Дождись меня в нашем саду, страница 76 – Ульяна Черкасова

— Скажи, только честно, – произнесла Велга негромко, – что говорят о моём женихе в столице?

— Что ты имеешь в виду, господица? – робко спросила Полепа.

Слышно было, как сбился её шаг.

Свет мерцавших на пролётах пламенников то тонул за их спинами, то ярко вспыхивал впереди, пока девушки спускались.

— Так что? – Велга остановилась, повернулась к холопке: – Что о нём говорят?

— О чём ты? – глядя из-под ресниц, уточнила Полепа. – О свадьбе?

— Обо всём. Но в основном – о нём самом. Я слышала, что Матеуша называют про́клятым…

— А, это… ну так и в Старгороде говорят…

— Да, но Твердов – его родина.

— Господица. – Полепа сплетала между собой пальцы в такие диковинные узлы, что удивительно было, как она вовсе их не сломала. – Зачем тебе это знать? Люди вечно дурное говорят…

— Значит, говорят что-то ещё похуже? – Испытав какую-то ядовитую, гадкую радость, Велга придвинулась ближе, заглянула Полепе в лицо. – Милая, я не накажу тебя за это. Наоборот, награжу. Пойми, я же должна знать, о чём шепчутся люди, чтобы… защитить князя.

Большие глуповатые, но красивые, куда красивее, чем у Велги, глаза уставились с удивлением.

— Защитить?

— Конечно, – проникновенно зашептала Велга. – Враги князя распространяют эти слухи, чтобы навредить ему. Если я буду знать, о чём они говорят, смогу предупредить его… и наказать его врагов. Ты же не хочешь, чтобы с твоим господином что-то случилось?

Полепа испуганно замотала головой:

— Конечно нет, господица! Как ты можешь?

— Тогда скажи мне всё, что знаешь. Ну? – Ещё шаг. Она почти прижала Полепу к стене.

Девушка подняла руки к груди, сложила ладони точно для молитвы:

— Это очень… не стоит даже говорить о таком приличным людям.

— Ну?! – Велга взяла руки Полепы в свои.

Она смотрела на холопку снизу вверх, хотя они стояли на одной ступени, но Полепа всё равно робела.

— Говорят, королева Венцеслава сослала князя Матеуша на Три Холма сразу после рождения.

— Это не слухи, так и есть. Все об этом знают.

— Да, но говорят, это потому…

— Ну?!

— Что он вовсе не её брат.

Нахмурившись, Велга отстранилась:

— То есть? Он не Белозерский? Зачем ей вообще признавать чужого ребёнка и…

— Не Белозерский, – кивнула Полепа и, вытянув шею, прошептала едва слышно: – А Вышеславич.

— Вышеславич, – эхом повторила Велга. – Как принц Карл… муж королевы.

— Угу.

Тени, сгустившиеся между пролётами лестницы, вдруг точно подкрались ближе, потянулись, хватаясь за шею, выдавливая воздух из груди.

Если бы их разговор подслушали… дело не в самом Матеуше, дело в королеве, дело в её молчании, в избегающем взгляде, дело в её Тихой страже…

Но это многое объясняло.

— Сколько лет матери Матеуша? Я… нас так и не представили.

— Ох, так госпожа Белозерская давно умерла, ещё до свадьбы князя с вашей тёткой, княгиней Далиборой.

— Она болела?

— Она была стара…

— Стара…

Велга прижалась спиной к холодной стене, пытаясь заглушить шум в голове. Это многое объясняло. И ненависть Венцеславы, и обиду Матеуша. Что ему до старшей сестры? Сёстры с братьями ругаются постоянно. Взять Велгу и Кастуся: они могли подраться из-за ореховой скорлупы, что уж говорить о целом орехе.

Но при всей ревности и неприязни Велга бы не отослала родного брата вдаль от дома. Значит, если слухи были правдивы… Матеуш оставался законным наследником престола. А Велга собиралась вот-вот выйти замуж не за князя, а за настоящего принца, будущего правителя всей Рдзении.