Книга Вампирский роман Клары Остерман, страница 125 – Ульяна Черкасова

— И Злата его сожгла, – вспомнил я.

Пианист, точно подыграв, в этот миг взял такую трагичную ноту, что даже меня пробрало.

— Ох, – Сестра осенила себя священным знамением, видимо, посчитав это за знак свыше.

— Ваша местная святая, – выгнул бровь Шелли, – сожгла целый город?

— Рдзенский, – поправили мы втроём.

— А-а, – с издёвкой произнёс доктор. – Это всё менять. Если они рдзенцы. Вы же, ратиславцы, не любить рдзенец?

— Древняя рдзенско-ратиславская забава, – хмыкая в усы, сказал Афанасьев. – Наши народы вечно воевали за землю и власть, так что ненавидеть друг друга стало своего рода традицией. И в одной из этих войн княгиня Злата, которой посвящён культ Сумеречных Сестёр, пошла войной на Рдзению, желая отомстить за убитого мужа. И, оказавшись в окружении, она использовала чудовищные чары и сожгла целый город.

— С люди? – уточнил Шелли.

— Конечно, с людьми, – пожал плечами Афанасьев. – Ох, благодарю, любезнейший, – он отодвинул в сторону пустую тарелку, чтобы подошедший официант поставил новое блюдо. – У вас такие вкусные пироги. Мы всей компанией оценили.

Оценили мы настолько, что тут же расхватали все куски и почти сразу попросили добавки. Всё так же, на мою удачу, за счёт Афанасьева. Любопытно, сколько платят преподавателям Императорского Университета? Я вроде как состою на государственной службе, считай, в Первом отделении. Отвечаю за безопасность не то что столицы, но уже почти всего государства, а жру по большим праздникам.

— Как же сжигать город без людей, – с аппетитом жуя пирог, рассуждал Афанасьев, потешаясь над Шелли. – Без людей совсем не то будет. Так или иначе, но да, с тех пор земля там считается проклятой. А потом мы, ратиславцы, решили построить там столицу. В Новом Белграде привыкаешь жить в этом бешеном высасывающем ритме и перестаёшь обращать внимание, что город тебя медленно убивает. Так и есть. Он проклят. Нет ни одного другого города во всей Ратиславии, где столько бы грабили и убивали, как у нас.

Если бы не работа, я бы игнорировал прессу, но там часто мелькают любопытные детали, которые помогают оставаться в курсе дел в столице, а порой даже находить нужные в расследовании зацепки. Так что я видел много чуши на тему «проклятого города». Газетчики всё готовы объяснить мистикой.

Отец многодетного семейства впал в буйство и порубил топором свою жену и пятерых детишек? Так это потому, что он у себя в погребе откопал какие-то проклятые украшения, а вовсе не потому, что продал их, пропил все деньги и словил белую горячку.

Юная красивая гимназистка повесилась прямо в парке около гимназии? Это её дух Белой господицы заколдовал, а вовсе не милые стервы-однокурсницы, сживавшие со свету на протяжении нескольких лет учёбы, довели до черты.

Так что при всём уважении к Афанасьеву, но это уже слишком. В общем, я не выдержал.

— Это всё газетчики, – пытаясь точно извиниться за суеверный тон нашего разговора, сказал я. – В основном они освещают новости столицы, поэтому и кажется, что только там убивают, грабят и скандалят. На самом деле везде одно и то же, просто процент заселения столицы, ясное дело, куда плотнее, чем в провинции.

— Дело не только в этом, – хмыкнул довольный Афанасьев, который, очевидно, только и ждал часа, чтобы это сказать. – Просто земля и вправду там проклята. Златой.