Онлайн книга «Его забрал лес»
|
По её интонации сразу стоило догадаться, что розовый лавр не менее, а то и более ядовит, чем волчеягодник. — О да, – обрадовалась Настасья Васильевна. – Крайне ядовит. Этот цветок обожают в Дузукалане. Там его называют «прощальным поцелуем» и часто используют, чтобы расправляться с врагами. — Зачем доктору столь опасные растения? — В небольших дозах они могут быть не опасны и, напротив, помочь с лечением. Главное использовать всё разумно. Это касается всего. — Что? — Разумное использование. Даже любовь – это волшебное, воспеваемое поэтами чувство – может оказаться смертельна. Она отрезала стебель и поднесла цветок к лицу, вдохнула. — М-м-м, что за аромат. Понюхайте, Мишель… Я хотел отказаться. От всех цветов в оранжерее мне становится дурно, но отказать Настасье Васильевне не так уж просто, особенно когда она так испытующе смотрит в глаза. — Нравится? – Голос у неё мягкий, точно бархат. Признаться, что меня подташнивает от этих цветов, я не решился, опасаясь её оскорбить, и только кивнул. Цветок завис между нами так, что поверх него я мог рассмотреть её тёмные пугающие глаза, когда вдруг на розовые лепестки опустилась чёрная бабочка. Я замер, не смея пошевелиться, чтобы не спугнуть. — Вот за что я люблю это место, – хриплым голосом сказала Настасья Васильевна. – Здесь всегда лето. Всегда жизнь. Медленно она отвела стебель в сторону, и бабочка упорхнула. — Клара передала мне, что вы мечтаете услышать сказку о Лесной Княжне, – не оборачиваясь, сказала Настасья Васильевна. — Да. Клара сказала, у вас лучше получится передать все детали. — Ох уж эта Клара… Если честно, я так и не понял, чем были вызваны те слова и что они означали, поэтому растерялся и пробормотал: — Она такая… милая девушка. — Очень наивная для своего возраста, всё оттого, что живёт носом в книгах. – Настасья Васильевна срезала второй цветок розового лавра. – Собираю букет к столу. — С ядовитыми цветами? — Мой дорогой князь, – в голосе графини послышалась ирония, – нам есть чем вас угостить помимо цветов. Прошу, не жуйте мой букет и оставьте его спокойно стоять в вазе. Он для услады глаз, а не живота… Что до Клары, то однажды ей придётся столкнуться с реальным миром, и это больно по ней ударит. — Надеюсь, это не случится и её отец, а после супруг защитят её от невзгод. Таких, как она, стоит защищать. — Так займитесь этим, – вдруг на удивление зло сказала графиня. Отставив ножницы, она положила цветы на столик, запахнула посильнее белую ажурную шаль на плечах и, обняв себя руками, подошла к стеклянной стене. Снаружи было так темно, что ничего, кроме далёких мерцающих огоньков усадьбы, было не разглядеть. — К Ночи костров всё занесёт, – уверенно сказала она. С этой женщиной я спорить не решаюсь. Раз она так сказала, значит, занесёт. — На что вам сдалась Лесная Княжна? — Говорят, она и её волки убивают этих несчастных… — А ещё говорят, она делает женщин кликушами. Вы видели этих несчастных? Рассказать о Матрёне я, конечно же, не мог, поэтому ограничился коротким упоминанием сбежавшего пациента доктора Остермана. — И что же вам сказал доктор? Что это проклятие лесной ведьмы? — Он считает это заболеванием… — Вот именно. Заболеванием. Здесь, на болотах, любой готов сойти с ума. – Она не смотрела на меня, и я мог судить о её чувствах только по наклону головы и резкому голосу. – Жизнь у местных кметов тяжёлая. Особенно у женщин. Лесной Княжне, если она и вправду существует, и не снились ужасы, что переживают деревенские девки. Да каждый кмет тут сталкивается со смертельными испытаниями с наступлением морозов. Вот-вот придёт зима, и до весны в Заречье умрёт не один человек… |