Книга Птицы Великого леса, страница 57 – Ульяна Черкасова

Она испугалась самой себя. Отчего вдруг снова заговорила о Милоше безо всякой причины? Зачем вспомнила? Зачем вслух назвала его имя?

— Хотя, может, даже у него ничего бы не вышло, – продолжила она с нарочитым равнодушием. – Ты совсем не знаешь князя, Веся.

— А ты знаешь?

Раздался стук в дверь.

— Весняна! Ты здесь? – Дара сразу узнала голос Стрелы. Он звучал взволнованно, даже испуганно.

Девушки не успели и слова сказать, а дружинник снова обрушил кулаки на дверь.

— Веся!

— Здесь, здесь, – сестра вскочила с кровати, метнулась сначала встретить жениха, но остановилась у самого порога. – Обожди.

В суматохе девушки забегали по ложнице, быстро оделись в чистые платья, но, когда Дара уже хотела поднять затвор, Веся остановила её.

— Подожди. Я же без обручьев.

— И что?

— Это знак помолвки!

— Твой жених ждёт, открывай скорее, – прошипела раздражённо Дара.

— Как же я без украшений?

— Открывай давай.

Пришлось подтолкнуть Весю к двери, она ни с того ни с сего засмущалась своего простого вида, словно не прошла вместе со Стрелой всю дорогу от Совина до Лисецка и жених не видел её уставшей, замёрзшей, грязной и голодной. А Стреле и вправду не было дела до обручьев. Стоило двери отвориться, он ворвался в комнату, оглядел невесту с головы до ног и прижал к груди.

— Слава Создателю, – выдохнул он, уткнувшись носом в висок Веси.

Даре стало неловко. Она отвернулась, как если бы происходило что-то непристойное. Ей хотелось уйти прочь, а то и исчезнуть вовсе.

— Что случилось? – спросила она сухо.

Стрела поднял голову. Не выпуская Весняну из объятий, он погладил её по голове, как маленькую девочку.

— В городе беспорядки, вы не слышали?

Веся отпрянула от юноши, заглянула ему в глаза.

— Что?

— Сегодня князь судил фарадалов, которые покушались на его брата. Говорят, они прокляты, – Стрела говорил быстро, проглатывал половину звуков. – Ну и вывели их на лобное место, народ собрался, князь огласил, значит, приговор, что за такое одно наказание – смерть. Палач уже вышел. И тут из толпы мальчишка выбежал, фарадальчонок, он из этих, из того же табора, племени, значит, и ножом в князя.

— Что?

— Говорю же, ножом в князя, прямо под рёбра, заправски так, умело, знает дело. Рука у сучонка твёрдая. Мальчишку в темницу, а князя сюда. В городе беспорядки. Народ фарадалов на куски разорвал, ни палач, никто не уберёг. А потом на беженцев пошли. Там бойня. Я хотел сначала помочь страже, а потом вспомнил про вас, и сюда.

Он тараторил без остановки, гладил Весю, целовал в щёки и губы, но Дара уже не видела этого. В ушах гудело. Точно рой мух жужжал вокруг, чернота накрывала, наступала, и слух улавливал лишь раздражающий шум.

— Мне надо идти, – разорвал пелену голос Стрелы. – Я помогу в городе, чем могу. Заприте дверь. Не выходите, пока я не вернусь. Весенька, слышишь? Прошу тебя, не бойся, просто оставайся здесь.

Он чмокнул её в нос, улыбнулся криво, точно его перекосило.

— Да, да, конечно, – повторила растерянно девушка.

— Стрела, я с тобой, – проговорила Дара с трудом. – Ты иди в город, а я к князю. Веся, слышала? Оставайся тут.

Сестра что-то пискнула в ответ, но слова уже не достигли ушей Дары. Она выбежала из ложницы в чём была – в распоясанном платье, с расплетёнными косами.

Каблуки сапожек стучали дробью по деревянному полу.