Книга Птицы Великого леса, страница 30 – Ульяна Черкасова

— Будем надеяться, – повторила девушка за Ярополком. – Спасибо за твой подарок и за советы, Великий князь.

Ярополк чуть склонил голову к правому плечу.

— Счастлив порадовать тебя, Дарина.

Дочка мельника плохо различала, что таится за сладкими речами, да и сама говорить красиво не умела, но ей немало пришлось услышать лживых ласковых слов от Милоша.

Она постаралась улыбнуться.

— Я счастлива просто быть здесь, подле тебя, Великий князь.

Ярополк не поверил бы, заметь он смущение на её лице, не поверил бы он и преданности или восхищению. Лесная ведьма улыбнулась лукаво, так, как улыбалась Милошу зимними ночами.

— Где бы я могла столькому научиться? Думаю, любопытно будет поиграть с лисецкой княгиней.

— Не заиграйся, Дара. Здесь нужен опыт.

— Но у меня хороший учитель.

— Лучший, – поправил Снежный князь, и Дара рассмеялась его шутке, сверкнула тёмными глазами из-под ресниц.

— Лучший, – повторила она. – Спокойной ночи, князь.

В спальне на женской половине терема ждала сестра. Весняна уже расстелила постель, взбила подушки и теперь тихо, почти испуганно пыталась ругаться со служанкой, которая хотела навести порядок в комнате.

Дара остановилась на пороге, наблюдая, как девушки упрямо перетягивали друг у друга серебряный кувшин для воды.

— Мы с сестрой справимся без твоей помощи, иди, – сказала Дара.

Служанка посмотрела на лесную ведьму с нескрываемым возмущением. Дара равнодушно выдержала её взгляд. Странно, чудно было девке прислуживать простолюдинкам, пусть и вольным. Верно, только страх перед ведьмой или боязнь ослушаться княжеского приказа удерживали её здесь.

— Поутру ты мне понадобишься, проводишь в храм на рассветную службу, – предупредила Дара служанку, прежде чем та выскользнула из их с сестрой покоев.

Веся с раздражением грохнула кувшин на стол.

— Да как же так? – вздохнула она с возмущением. – Дара, что же нас теперь и кормить с ложечки будут, как маленьких? Она меня привела сюда, сказала, что мы с тобой будем жить вместе, а потом как начала хозяйничать, меня вообще не слушала.

— У знатных людей принято, что за них всё слуги делают, даже умываться и одеваться помогают, – сказала Дара, и так странно было ей вспоминать о своей жизни в Златоборске, пояснять сестре то, что стало для неё привычным. – Но её злит, что мы с тобой простолюдинки. Ничего, смирится. И ты привыкнешь. Неловко это, правда, поначалу. Главное, что мы теперь вместе.

— Верно, ты права, – согласилась Веся, продолжая осматривать спальню, как вдруг взгляд её упал на гобелен. – Ох, Дарка, ты видела?

— Да.

Пару мгновений они с сестрой стояли рядом, разглядывали побледневший от времени костёр и горящую на нём ведьму.

— Холодно что-то у нас, ты не мёрзнешь? – невинным голоском спросила Дара. – А то дров никто не принёс.

— Не холодно вовсе, – честно ответила Веся. – Ты раздевайся поскорее и залезай в постель, смотри, какие тёплые шкуры.

— Лучше огонь в печи пожарче растоплю.

И Дара рванула гобелен со стены. Ткань затрещала в одном углу и легко порвалась. Девушка дёрнула сильнее, ещё раз, ещё и, наконец, бросила гобелен себе под ноги.

— Что ты делаешь? – испугалась Веся. – Он, должно быть, такой дорогой!

— Ничего, расплачусь с княгиней как-нибудь, – процедила упрямо Дара и протащила гобелен по полу.