Книга Птицы Великого леса, страница 200 – Ульяна Черкасова

— У нас слишком мало времени, – настаивал старик.

— Не погуби его, волхв.

Волхв. Так называли служителей старых богов. Тех, кто поклонялся идолам и молился чудищам. Пресветлые Братья предупреждали, что волхвы хуже чародеев в сотни раз. Они не только противны Создателю из-за своей колдовской силы, так ещё и поклонялись проклятым созданиям Аберу-Окиа.

— Не надо, – прошептал Ежи, потеряв голос от страха. – Отпустите меня.

— Милош, может, и вправду не стоит? – робко попросила Горица.

— Ежи, ты проклят, – друг оказался совсем рядом, положил руку ему на плечо, заставляя лечь обратно на лавку. – И опасен для остальных.

— Но я ведь ничего не сделал. Ничего ужасного не случилось.

— В тебе чернота. Такая, от которой даже мне не по себе, – голос Милоша зазвучал совсем рядом, у самого уха, и Ежи потянулся к нему рукой, но нащупал лишь пустоту. – Это чёрная, злая сила.

— Так любое колдовство – зло, всё оно от Аберу-Окиа, – проговорила Горица в стороне. – Но я тебя и таким люблю, Милош. И Ежи буду таким любить.

— Это может его убить, – холодно возразил брат.

— Уведи эту женщину, – проворчал волхв. – Не место ей здесь.

— Мама…

— Не уйду я! – воскликнула Горица.

Ежи не видел ничего, только слепо крутил головой и всё пытался подняться, пока не понял, что руки и ноги были связаны легко, но крепко. И путы обжигали тем сильнее, чем больше он пытался вырваться.

— Жжёт! Милош, мне больно. Отпусти меня, – захныкал он в отчаянии.

Его не услышали.

Горица зарыдала, закричала, и что-то тяжёлое упало на пол. Милош пытался всех успокоить, а старик яростно заругался.

Хлопнула дверь.

— Повесь засов! Пусть посидит в сенях!

Тяжёлые кулаки заколотили по дереву.

— Пусти! Пусти!

— Сейчас, Ежи, подожди, – прошептал Милош, задыхаясь.

— Я умру?

— Нет.

В голосе его не было уверенности.

Ежи постарался лежать неподвижно, чтобы верёвки, пропитанные огнём и ненавистью, не мучили его.

— Возьми его за руки, – велел волхв.

Милош медлил.

— Не бойся. Тебя не заденет. Зараза внутри.

Ежи вздрогнул, когда его схватили за щиколотки. Он дёрнулся, но уже и Милош взял его за запястья.

— Лежи смирно. Надеюсь, это быстро выйдет.

— Это не так, как с лесной ведьмой, – проговорил волхв.

— Что?

— Ничего. Просто эти чары мне плохо знакомы. Даже у Здиславы таких не видел. Это что-то иное… чужое.

— Гармахис так же пуст, – произнёс Милош и пояснил: – Это южанин, он не чародей, но умеет пользоваться силой. Он высасывает её из духов.

— Вот как, – хмыкнул волхв. – Ну да хватит болтовни. Начинай. Осторожно, не переборщи.

Ежи задержал дыхание от страха, но поначалу ничего не почувствовал. Лишь тепло у рук и ног и странное покалывание. Это было почти приятно.

— Погоди, – прошептал он точно в бреду. – Погоди, – повторили его губы против собственной воли.

И он закричал.

Огонь выжигал его плоть, разгрызал кожу и кости. Огонь жрал его и обращал в пепел. Он истязал и хлестал, как хозяин холопа. Яростно, безжалостно.

Смерть, смерть тебе, пусторождённый!

Он мерзок, отвратителен, противен самой жизни.

— Хватит!

Вопль вырвал последний воздух из лёгких.

Он потянулся руками к груди, пытаясь разодрать ногтями, вытащить огонь из себя, выплюнуть вместе с ядовитой слюной.

— Прошу!!!

Голос предал его. Он лишь хрипел, и слюна текла по подбородку.