Книга Спящие боги, страница 66 – Ульяна Черкасова

— А ты задержись, пожалуйста, Вивьен Арморика. Пойдём, прогуляемся, – и она протянула сухую, испещрённую знаками Истока руку.

В растерянности Вив не сразу сообразила, что от неё требовалось, пока не догадалась подать Прессине руку. Гвибодис повисла на ней всем весом.

— Эти заклятия в сиде меня знатно измотали, – пожаловалась она. – Какой толк от чар, если тело разваливается, а?

Вив не знала, что ответить, только улыбнулась неуверенно и смущённо.

— Тебе не понять, – вздохнула Прессина. – Ты ещё молодая… пошли. – Она взяла Вив под локоть, но как-то очень неудобно, сжав при этом её израненное запястье своими сухощавыми пальцами. – Развеемся, пока есть время.

Вивьен прикусила губу, чтобы не зашипеть от боли, а старуха, будто назло, только сильнее сжала хватку. Медленно, но решительно она повела её к кругу камней.

Вблизи камни уже не выглядели так таинственно и величественно. Если в сумерках они походили на остатки древнего замка или окаменевших воинов, то вблизи стало ясно, что это всего лишь огромные валуны, не очень ровно и не очень умело поставленные в круг. Они были косо обтёсаны, а узоры на них вывел не самый талантливый мастер. Время, ветер и дожди сделали своё дело: камни покрылись трещинами и мхом.

Прессина медленно повела её по кругу, слегка касаясь знаков. Некоторые из них Вив видела в дубовой роще у дома, другие оказались совсем незнакомы. Но ни один из них не горел золотом. Сила потухла, как догоревший костёр. Если здесь когда-то и вправду бродили духи, то они давно ушли.

В просветах между валунами было видно, как тёмные пепельные волны бились о скалы на берегу. Пахло солью. При свете дня шарф старейшины оказался насыщенного винного оттенка. На его концах были пришиты крохотные бубенцы, которые звенели на каждом шагу. Шарф развевался на ветру, точно норовя улететь прочь.

— Что означали ваши слова? – спросила Вив. – Про дракона и то, что всё закончится в пламени и пепле…

— То, что сказала, то и означали, – пожала плечами Прессина. – Это пророчество о конце времён. Когда три дочери огня и тьмы обрушат свой гнев на человеческие города, когда проснётся господин всех времён, то мир исчезнет в пламени и пепле. Что, слышала об этом прежде?

— Похожее пророчество есть у Пресветлых Братьев.

— Хм… Может, они не так слепы, как кажется.

Прессина остановилась, отпустила Вив и посмотрела ей в глаза.

— Что случилось с Мел?

— Что?

— Я велела вам с Мел бежать. Мы с Дзивом задержали духов в сиде и поспешили следом, но вас и след простыл. И с тех пор я так и не нашла её. Мел – моя единственная внучка. Поэтому я спрашиваю: что с ней случилось?

Вив не знала, что страшнее: правда или ложь. Мел заманила её вниз, к Барду. Она выпустила нечто жуткое и могущественное из подземелья и едва не убила саму Вив. Но кому охотнее поверят? И на кого скинут вину за пропавшую внучку старейшины?

Прессина прищурила глаза, уставилась в то место в груди Вивьен, где сплетался узел.

— Кто связал твою нить судьбы? И с кем?

Она знала и видела слишком много. Куда больше, чем любой другой чародей. И, пожалуй, врать ей было бессмысленно. Вив прикусила щёку изнутри и неохотно призналась:

— Вещие Сёстры.

— Рогатый…

— Я не знаю, что случилось в сиде. Но ваша внучка завела меня куда-то очень глубоко. И там что-то случилось. Вещие Сёстры сказали, что Бард пробудился.