Книга Спящие боги, страница 45 – Ульяна Черкасова

— Если бы…

— Да, он очень вырос, – с неприкрытой гордостью произнёс Финн, оглядывая ученика с головы до ног, отчего тот ещё сильнее покраснел, на этот раз от смущения.

Песенка зарянки, несмотря на ругань, не прерывалась. Она весело пританцовывала, наблюдая за ними.

Мелюзина, будто ничего не происходило, нарезала ржаного хлеба и сыра и расставила перед всеми завтрак.

— Вырос-то вырос, – согласился Гитун, – а ума так и не… ом… набвался, – стоило тарелке оказаться перед ним на траве, дядя тут же уткнулся в неё лицом и зачавкал. – А я ставався…

— Садись завтракать, юный Дейве, – Финн кивнул в сторону Мелюзины, которая протягивала две тарелки, приподнялся и забрал свою порцию. – Спасибо, дорогая, – добавил он.

Неохотно приняв тарелку, Клевер присел обратно на камень. Он был голодный и уставший, но, несмотря на соблазнительный запах, завтрак не лез в горло. Особенно пока со Столпа Королей за ним наблюдала задорная зарянка.

Остальные время не теряли и принялись есть, поэтому на время слышно стало только пение птички.

Поленья в костре догорали, и огонь постепенно затухал. День разгорался всё ярче. Не осталось ни следа бури, даже эхо её улетело прочь вместе с ночью. Всё вокруг преобразилось при дневном свете. И разрушенные залы Ар д'Тус выглядели уже не так таинственно и печально – в них виделось нечто величественное и прекрасное. Как древние предки, они наблюдали за народом, что теперь бродил по земле Дракона, и беззвучно напоминали о прошлом процветании данийских кланов.

Собравшись с силами, Клевер достал деревянную ложку из сумки и заставил себя съесть завтрак. Раз он остался в мире смертных, придётся как-то поддерживать бестолковую плоть обычными способами: сном, едой и отдыхом. Ему надо протянуть ещё год, до следующей Благословенной Зари.

— Итак, идём в столицу, – стукнув донышком тарелки, когда поставил её на камень рядом с собой, сказал Финн.

— Нет, – Клевер едва не подавился хлебом. Крошки попали не в то горло, и он закашлялся. – Только не в… Кх-кх…

— Осторожно, – Мелюзина тут же оказалась рядом и услужливо похлопала его по спине, а Клевер съежился, пытаясь увернуться от её прикосновений. – Всё хорошо? – заглянула она ему в лицо.

Девичьи огромные серо-зелёные глаза с рыжими крапинками стали настолько круглыми и испуганными, что он невольно отпрянул и поспешно закивал.

— Нет, кхм, – Клевер поднял руку. – Я… кх… не вернусь в столицу…

— Почему? – прищурился Финн.

Повисла неловкая тишина. Мелюзина торопливо начала собирать тарелки.

— Я схожу на ручей… – сказала она. – Помою…

И будто случайно замешкалась, ожидая, что или кто-нибудь предложит ей сделать это вместо неё, или попросит остаться, или ещё что. Но Финн благожелательно улыбнулся и закивал.

— Спасибо, дорогая.

И Мелюзина, ещё несколько раз оглянувшись, понуро поплелась в сторону ручья, что тёк у самого основания холма, на котором возвышался Медовый зал.

Финн, оглядев оставшихся, потянулся к своей сумке. Клевер задержал дыхание, ожидая, что учитель достанет оттуда нечто, что объяснит всё: свою таинственную гибель, чудесное возвращение, почему он помешал Клеверу снять проклятие. Но из сумки показалась курительная трубка и мешочек.

— После завтрака всегда люблю покурить, – довольно произнёс себе под нос Финн. – Сейчас бы ещё чаю…