Книга Спящие боги, страница 16 – Ульяна Черкасова

Холм неожиданно вздрогнул. Траву охватило пламя, и в одно мгновение она обратилась в пепел и искры. Земля разверзлась, и своды холма разошлись в стороны, оказавшись двумя тяжёлыми створками больших каменных ворот. За ними открылся проход в чёрную неизведанную тьму. Первой в неё бесстрашно вошла Мел. Прессина оглянулась, махнула рукой, чтобы поторопить остальных. Раньше, чем Вив успела осознать происходящее, Дзив толкнул её внутрь.

Они забились в узкий коридор с низким потолком, где тусклый дневной свет мгновенно потухал, стоило пройти пару футов. Вив сжали с двух сторон Мел и Дзив.

Крики на лойтурском звучали всё ближе. Снег залетал в подземелье.

— Дзив, закрывай!

Он дёрнул ворота на себя, и в последний миг в стремительно сужающейся щели между створками показалось нечто огромное. Оно вынырнуло из бури прежде, чем подземелье закрылось. Свет померк. Их отрезало от внешнего мира, и коридор вокруг сжался, обволакивая тьмой и затхлым воздухом подземелий. Слышно стало только их сбитое дыхание. Вив вздрогнула, когда плеча коснулась чужая ладонь.

Исчезли цвета и краски, и острее ощутился запах чужой кожи – сухой, старческий и тёплый, – он смешался с ароматами трав, соли и дыма. Вив наткнулась на Мел. Они обе одновременно ойкнули.

Рыжая рогатая данийка была намного выше ростом. От неё пахло свежей кожей, и при каждом, даже самом лёгком движении раздавался звон стекла: Мел носила сумку через плечо, из которой и доносился звук.

В темноте вспыхнул столп искр и тут же потух. И снова, уже ярче, сильнее запылали знаки на воротах. Печати. Они протянулись вдоль всей арки над входом и загорались одна за другой, когда Прессина касалась их ладонями. Заклятия сверкали золотом, перетекали от одной печати к другой медленно, плавно, как вода в ручье.

Мел протиснулась к бабушке, но та неожиданно оттолкнула её.

— Тебе нельзя! Чародейка, помоги!

Вив не сразу сообразила, что звали её. Она протиснулась к выходу, ближе к Прессине.

— Начинай с той стороны. Иди ко мне навстречу, – велела старуха. – Нужно запереть все печати…

Ворота задрожали сильнее. Снаружи послышался знакомый голос Корвуса. Вив в растерянности оглянулась на Мел.

— Я… я не могу… – и она подняла свои испещрённые чёрными знаками руки. Каждый палец, каждый дюйм на тыльных сторонах её ладоней был отмечен знаками. – Я… у меня вот это…

Прессина мельком скользнула взглядом и сердито скривилась.

— Тогда отдай свою силу Мел. Ей самой нельзя колдовать.

Рыжая с готовностью оттолкнула Вив в сторону, заняла место и схватила её ладонь, прижала к воротам и сама быстро и неразборчиво зашептала заклятия. Створки шатались.

Из Вив потянули остатки силы. Она и без того была измождена голодом и страхом. В глазах тут же потемнело. Чтобы не упасть, она упёрлась обеими руками в холодные каменные ворота, зажмурилась, но даже сквозь закрытые веки увидела, как ярко вспыхивали заклятия. Мел бормотала на незнакомом языке в унисон с Прессиной, и медленно, точно кто-то затыкал щели ватой, звуки снаружи затихали, пока вовсе не исчезли, будто мир с другой стороны вовсе перестал существовать.

— Готово.

Дзив прижался спиной к воротам и медленно осел на пол, вытянув ноги.

От горящих печатей лился тёплый свет, но даже он не скрыл, насколько побледнела Прессина. Её внучка, напротив, взбодрилась, порозовела. Она потирала ладони и тихо попискивала от восторга.