Книга Погружение, страница 24 – Родион Кораблев

— Что мне делать?

— Если бы мы знали… просто пускай внутрь энергию, — посоветовала Мирам. — А дальше мы подстроимся.

— Звучит не слишком обнадеживающе, — хмыкнул Кляйн. — Это хоть стоит того?

— Ну как сказать… если все получится, ты будешь благодарен нам до конца жизни, что получил такой шанс.

— Прямо до конца жизни? Ты меня заинтриговала…

Естественно, на деле процесс оказался гораздо сложнее, чем просто запускать энергию, но Мирам ухитрялась выдавать чуть ли не индивидуальные указания всем пятнадцати миллиардам адептов с Глирда. Кляйн в очередной раз почувствовал зависть, что Ризг так не может.

«Да этот лентяй даже дотянуться сюда не может!», — подумал он, твердо пообещав себе выяснить секрет Мирам.

В результате с ее помощью Феликс ухитрился запустить трансформацию огромной толпы. Хотя пришлось повозиться. Да, адепты уже были соединены в легионы, но их было слишком много, а взаимодействия они еще не отработали. Многие же сформировали легионы всего полтора дня назад!

К счастью, все получилось, и сейчас адепты висели в космосе, закручивая внутри энергию. Мирам уверяла, что процесс должен идти чуть ли не автоматически, поскольку адепты снаружи копировали технику своих коллег изнутри. А это напоминало великие школы, когда базовые навыки легче было изучить, просто оказавшись в нужном месте в нужное время.

Но не это занимало мысли Кляйна и остальных. Больше арбитра изумляло, что здесь и сейчас они нарушают все мыслимые и немыслимые правила мира адептов. Происходило то, что еще вчера казалось невозможным. Ведь восстановление утерянных врат было даже похлеще Тел Потенциала или врат Бесформенного. Потому что Тела Потенциала и тем более подарок Бесформенного считались новыми структурами, с которыми еще следовало разобраться, оценить их влияние… а тут ты сразу восстанавливал утерянный потенциал!

А надо сказать, что среднестатистический адепт Первого Радиуса терял больше врат при переходе Барьера кластера, чем у него оставалось. Поэтому основную массу жителей и составляли свободные — то есть адепты с одними или двумя вратами. Членов школ насчитывалось лишь около пяти процентов. А главным различием между ними был как раз потенциал.

Во Втором Радиусе соотношение резко менялось, но лишь потому, что туда добирались самые сильные. Кстати, теперь их количество должно было увеличиться в разы. Потому что после полного восстановления многие получат четыре, пять, шесть и более врат.

А это уже — уровень элиты!

Собственно, самые слабые адепты как раз отсеивались при переходе через Барьер. Ведь у них имелась всего одна или две попытки пройти его. И если претендент не мог вживить врата в тело, то погибал на границе своего кластера. Так что в Первый Радиус как раз попадал народ, у которого имелся большой запас врат.

Но они его потратили.

Надо ли говорить, что адепты сильно жалели о потерях. Тем более все попытки, все способы и все технологии их восстановления неизбежно проваливались. Даже за огромные суммы ничего нельзя было сделать. Просто не было таких энергетических хирургов или других специалистов, которые умели восстанавливать врата.

А сейчас они просто крутили энергию внутри тел и все. Их даже поторапливали — мол, давайте быстрее! А тот, кто не успеет, тот опоздает. Естественно, адепты напрягались изо всех сил. В любое другое время они бы не задумываясь отдали за такую попытку руку или ногу.