Книга Хроники Тириса. Книга 2, страница 95 – Василий Маханенко

Мои корабли пошли на таран!

Система активного сопротивления метеоритам находилась в носовой части линкоров. Позади, в районе двигателей, подобным системам делать было физически нечего. Туда-то я и отправил своих камикадзе. Да, половину из них сбили ещё на подлёте. Стрелки на линкорах были отменные. Да, вторую половину основательно подбили, практически уничтожив. Корпуса горели, двигатели отказывали, щиты рушились — но мои корабли летели дальше, выполняя мой приказ. И, добравшись до корпуса, пробили его как бумагу.

А дальше началось то, что мои противники постараются как можно скорей забыть и станут вздрагивать каждый раз, когда им напомнят о произошедшем. В каждый из линкоров вошло всего восемь пожирателей. Мелочь, недостойная внимания. Но из каждого корабля вылез брут. Живой, злой и жаждущий одного — убивать. И управлял каждым брутом не искусственный разум, а я!

Это была бойня. Линкоры остановились, занявшись внутренними проблемами. Видимо, тот, кто управлял флотом, не до конца понимал, как сражаться с десантом. Но я не собирался останавливаться на этом. Сердцевик и хищники вступили в бой.

У фрегатов и средних крейсеров не было ни единого шанса противостоять тяжёлым кораблям ксорхов. Временно лишившись главных кораблей, они запаниковали и начали творить полный бред. Словно ими перестали управлять! Хаос. Паника. Смерть.

Мои хищники жрали корабли целиком, превращая их в чистый металлолом, который тут же пускался на дело. Биологические пасти раскрывались, заглатывали фрегаты, перерабатывали металл в органику. Ксорхианская промышленность работала в режиме реального времени. Люди пытались сопротивляться, но делали это слишком медленно. Подошедший сердцевик выстрелил в первый линкор практически в упор и пространство озарилось новой яркой вспышкой.

Шестой флот понёс катастрофические потери.

Но бой — это не всё, чем я занимался. Как только основные силы шестого флота увязли в возне с моей эскадрой, носитель и второй сердцевик спокойно поплыли к ближайшей населённой планете. Никто не мешал. Никто не перехватывал. Отвлекаться на мелочь я не собирался. Моя задача — захватить планету, а не уничтожать жалких людишек. Людишки сами себя уничтожат. Потом. Когда споры прорастут, когда рой вылетит, когда планета превратится в улей.

— Шестой флот империи Тирис уничтожен, — раздался холодный металлический голос. — Система захвачена ксорхианцами. Потери — двадцать четыре миллиарда человек.

Голову сжало стальными обручами и космос исчез. Вместе с моим сознанием.

«Чистая победа», — успел я услышать мысли Эхо. — « Пусть теперь попробуют её оспорить».

Темнота.

Кабинет ректора ИВА

— И что это было? — Виктор Харгрейв, ректор Императорской военной академии, посмотрел на своих подчинённых, ожидая вразумительного объяснения произошедшего.

— Что-то из разряда невозможного, — слово взял полковник Шрайн. Развитие направления «ксорхианцы» было его вотчиной, поэтому за то, что произошло в лаборатории, отвечать ему первому. — В какой-то момент времени курсант Золотой управлял шестьюдесятью тремя самостоятельными единицами.

— Разве не ты меня заверял, что максимум человеческих возможностей — тридцать пять кораблей или наземных единиц? — спросил ректор.

— Говорил и не собираюсь отказываться от своих слов, — ответил полковник. — То, что произошло, не вписывается в привычную логику. Моя программа существует всего тридцать лет и за это время подобный случай произошёл впервые.