Книга КОМСОМОЛ-3, страница 87 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Так это Аркаша-то, выходит — Евдокии-травницы внук? — подивился старец и покачал головой: — Ну, Земля круглая…

— Думаешь, от сборов остался накопительный эффект? — спросил император.

— Да кто ж его знает… — старец Иннокентий ухватил себя за бороду с величайшим сомнением и вдруг искоса глянул на императора и задал весьма удививший меня вопрос:

— Как бы узнать у этого мальчишки — медведя он в лесу не встречал?

— Дался тебе тот медведь! — проворчал император. — Пропасти́на ведь!

— Пропастина не пропастина, — возразил старец, — а до сих пор идёт. Мы к нему динамо-машину через колесо подключили, лампочки теперь в обители горят.

— А то раньше не горели? — засмеялся император. — Чем вам лампочки на магических накопителях не угодили?

— Экономия, — поднял палец монах.

— Я бы хотел вернуться к вопросу о статусе моего курсанта, — настырно сказал Сокол.

— Ох-хо-хо… — усмехнулся старец. — Вот так раз — и с небес на грешную землю нас, а? да не пыхти, не пыхти. Претензии обители я отзываю. Властью данной мне, и как там дальше по протоколу положено — сами запишите. А дальше что — государь пусть решает.

Петя деликатно покашлял, дождался императорского кивка и осторожно сказал:

— Если Аркадий Коршунов остался во вражеском тылу, возможно, у него есть на это какие-то резоны?

— Не исключено, — согласился Лавров. — Во всяком случае, пока он действует с поразительной эффективностью.

— Вот и вмените ему в обязанность нашим императорским указом организовать на подконтрольной врагу территории партизанский отряд, — легко прихлопнул по столу государь.

— Со свободой действия! — быстро сказал Иван. — А то знаю я штабных! Тут же назначат какого-нибудь дурогона куратором, и начнёт от сверху идиотские приказы выдавать.

— С приказами сложность, — тут же возразил Лавров. — Связи с Аркадием нет. У Бауэра был аппарат, но сможет ли граф Коршунов найти его и воспользоваться…

— Да не надо ему приказов! — хмыкнул император. — Коршуновым приказывать — только портить. Хотя связиста закинуть в тыл было бы неплохо. Вдруг он ещё что ценное раздобудет.

Господи Боже… Я сидел, слушал, и голова у меня от всего услышанного шла кру́гом. От обвинений в измене Аркадия освободили. Дезертиром не считают. Но оставляют в тылу. Чего он там ещё один наворотит⁈ И что будет, когда ему вдруг перестанет везти, а опереться не на кого — не на призрака же бестелесного, в конце концов!

От реплик чувство было такое, словно я, как тот дурак из сказки, прыгаю из котла с кипятком — в ледяной — и обратно. Хорошо ли это будет? Плохо ли? Хорошо — плохо — хорошо…

РАЗГОВОРЫ ВО ТЬМЕ

Аркадий

Я лежал в обнимающей меня темноте (или висел?). Тела определённо не было. Зато были мысли. Много мыслей, весьма сумбурных. Меня снова терзало: вправе ли я?

Если конкретнее: вправе ли я столь вольно распоряжаться чужими жизнями?

Из тьмы проступали бегущие фигуры. Иногда они были окровавленными или изломанными, но у всех без исключения лица казались стёртыми, словно старые вышерканные маски. Никаких черт, сплошное папье-маше.

Они приближались ко мне, останавливались и словно ждали чего-то.

— Ваши враги — там! — говорил я. И они отвращались от меня и бежали во тьму и убивали там кого-то, а потом приходили снова, и их становилось всё больше и больше.