Онлайн книга «КОМСОМОЛ-5»
|
Кроме того, у меня был мой нос. И уши! Да, ближе к дороге здорово сифонило порохом, а по лесу рядом с трупами остро пахло их оружие, от развилки в сторону нашего тыла удалялся стук копыт, скрип телег, перепуганно-сдавленные голоса и запах страха (особенно острый — лошадиного) — всё это создавало какофонию ощущений, но… Но я уже мог вычленить среди звуков этого леса мерное топанье двух десятков мужчин. Они почти не брякали — грамотно подготовились! И обувь ставили мягко. Но медвежьи уши не обманешь. Более того, я уже слышал, как они пыхтят. И вдруг… Направление изменилось! Ах ты ж, ядрёна колупайка! Не иначе, заметили удаляющиеся телеги и помчались наперерез. С горки я стартанул на всех парах, аж с пробуксовочкой. Летел, уже не обращая внимания ни на треск, ни на качающиеся деревья. Ещё и рявкнул от души: — Р-Р-Р-РА-А-А-А! — очень боялся, что по телегам стрелять начнут, очень. Эффект превзошёл все ожидания. Часть отряда развернулась на меня и начала беспорядочно палить, часть побежала в разные стороны. Щит завизжал от чиркающих пуль (который раз за сегодня!). По обе стороны от меня бахнули гранаты (а вот это уже разнообразие). После гранат я вошёл в ажитацию, ни про какое выдёргивание жизненных сил не вспомнил, догнал убегающих — сперва ближних, потом дальних — порвал их на лоскуты простым северным способом. Попытался посчитать… Хрен ты теперь эту мешанину посчитаешь. — И не ворчи, — вслух ответил Зверю я. — Много! Больше пятнадцати — точно. Я бы поставил на восемнадцать. Парочка убежали. Или затаились где-то, сейчас так кровищей несёт — не разберёшь. — Ну и хрен с ними! Двое вряд ли рискнут на подводы нападать. Им всегда десятикратное превышение нужно. — Я приободрился: — Значит, восемнадцать в зачёт пошло! Да тех ещё, вторых, два десятка. — Да первых… Вот же засада, жетоны ни с кого не собрали! Ну так подними пару кадавров поцелее, пусть собирают. Жетоны — дело важное. Отчёты, всё такое. — Япону мать, хоть разорвись… Разорвались тут уже некоторые. Видишь — неэффективно. Я хмыкнул. — Ладно. Ты и ты — вставайте! Жетоны с отделения собрать. Вон в тот ранец. Задав сходное задание мертвяку из второй группы, я помчал к первой… и был встречен дружным винтовочным залпом! Санитары в количестве четырёх человек — откуда взялись только? — Отставить! — рявкнул я по-немецки. — Где вас носило, когда чистильщики за ранеными взялись охотиться⁈ В общем, оказалось, что немного фантастический рассказ тёти Лизы, подкреплённый рассказом о стрельбе в лесу от пары следующих подвод, сподвиг начальника госпиталя собрать весь вспомогательный мужской контингент и направить на осмотр и возможную зачистку лесной дороги. А тут такое. — Чистить, братцы, уже некого. Но подвода в сопровождении одной медсестрички — это перебор. Впрочем, ваш начальник, верно, и сам уж догадался. — А вы, простите? — осторожно повёл дулом винтовки в мою сторону мужик постарше. — А я забираю жетоны и ухожу. И так задержался с вами. ЕНРИКЕТТА Нижняя Австрия, лес Клостервальд, север и запад 25 января 1948 года, утро Баронесса Енрикетта Марти Она скользила по прохладному лесу на небольшом расстоянии от земли, и приближающиеся звуки рассеивали тревогу, поселившуюся в её сердце. Баронесса снова могла с восторгом впитывать в себя всю прелесть этого утра — и слегка подмёрзшую землю, и спящие стволы деревьев, и тонкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь слегка туманный воздух, и восхитительные эманации боли, разливающиеся по Клостервальду с запада. |