Книга На пути к инициации, страница 182 – Алексей Урусов

Надо на досуге посоображать. А пока — возвращаюсь к шарикам… Очередной перерыв. Я не выхожу, а прямо внутри ограды формирую небольшую, но плотную волну дара и вижу, что вылетающие из облака ленты и нити огибают или отлетают, ударившись о щит из моего дара. А если попробовать поймать? Пытаюсь создать не плоскую волну дара, а шар с пустотой внутри. Не сразу, с двумя перерывами на зарядку шариков, но получается. Формирую из дара что-то вроде круглого кувшина с узким отверстием. Направляю горловиной на летящую ленту и когда она попадает внутрь, затягиваю «горловину кувшина», чтобы перекрыть выход для ленты. Она кружится внутри кокона из моего дара и не может его покинуть. Развеиваю дар. Надо подумать — как это применить. И побольше тренироваться.

Владимир. Дом Перловых.

Конь, наконец-то, продрался через заросли и выскочил на поляну, сразу переходя на галоп, забирая вправо, вслед за ведущим всадником. Как и я, лошадь дрожит от азарта — кабан ранен, далеко уйти не сможет и шикарный трофей почти гарантирован, и мы постепенно его догоняем. Лай собак отчётливо слышен впереди, где-то вдалеке шумит водопад, немного моросит и изредка раздаются раскаты грома. Но нас непогодой не остановить — и не факт, что по спокойной погоде мы смогли бы так легко приблизиться к кабану на расстояние выстрела. Старый опытный секач такого бы не допустил. А может, просто уводил нас в сторону от своего потомства. Скачка разгорячила меня, очень хочется пить, но вода осталась где-то сзади, у свиты. Попью когда догоним. Интересно, уступит ли отец мне последний выстрел? У него за жизнь уже столько этих кабанов было… На длинной ровной поляне мой конь почти догнал ведущую лошадь, и, немного попетляв, отец вновь направляет её между кустами — кабан пытается спрятаться с глухомани и нужно нагнать его как можно быстрее. Пригибаюсь, въезжая в кусты, опытный конь уверенно держит курс, и, хотя лай собак уже немного в стороне, у нас другого пути нет — слишком глухие заросли вокруг, ни одной тропинки. Наконец, выскакиваем на берег небольшой речки, отец вначале правит лошадь по берегу, а у небольшого обрывчика направляет коня в воду. Его лошадь медленно, осторожно ступает в воде. Какая умница: знает, что могут быть камни и другие препятствия. По воде идём медленно, но зато в нужном направлении — лай собак слышен отчётливее. Здорово будет, если они кабана выгонят нам на берег — на открытом пространстве стрелять по нему будет удобно. И вдруг меня буквально ослепляет — под раскаты грома в каком-то десятке метров от нас в воду с треском врезается огненный столб. Молния! — успеваю подумать я, и тут же неимоверная боль пронизывает всё моё тело. То ли ржёт, то ли визжит падающая в судорогах лошадь. Моё тело свело: ни выпрыгнуть из седла, ни просто двинуть рукой возможности нет. Вместе с лошадью валюсь в реку и моё лицо ударяется об воду. Глаза и полураскрытый рот не закрываются и их заливает волной…

Просыпаюсь, пытаясь сообразить: что это было? Обычно сон — это отголосок каких-то событий и мыслей. Я что — до полусмерти загонял Ветра на тренировках, что мозг вот таким образом подаёт мне сигнал? Или сам слишком выкладываюсь?

Из подстаканника с подогревом беру стакан воды, отпиваю несколько глотков. На всякий случай перехожу на энергетическое зрение и осматриваю округу. Всё в порядке, город спит. Мои друзья и знакомые тоже. Облако на месте.