Онлайн книга «Дипломатическая академия»
|
— Девочки так благодарны мальчикам: они всю организацию взяли на себя, — рассказывала она. — Сам Яков Куракин занимался приглашением артистов, которые магическое шоу проводили. А Андрей Первозванов оплатил зал… — Адам, а ты что не пошёл на посвящение? — поинтересовался князь у младшего сына. — Туда же третьекурсникам тоже можно. — У меня в субботу бильярд был, не хотелось пропускать: после летнего отпуска рука ещё не восстановилась до прежней точности, — ответил тот. Обсудили также пару неравных браков, неожиданно заключённых в самом конце лета и со смехом восприняли слова главы семейства, что некоторые браки заключаются на небесах, а некоторые — под пальмами сочинских пляжей; посочувствовали в очередной раз трём полицейским генералам, на которых осерчал император и отправил их к чёрту на кулички; согласились, что так и не появились достойные спектакли, на премьеры которых стоило бы сходить. * * * Пройдя в свою комнату, Адам стал собираться на гольф — сегодня у него первая игра после летних каникул, и он искренне радовался, что погода благоприятствовала и можно играть на воздухе. Уже в воскресенье ожидался дождь, так что, скорее всего, дальше тренировки придётся проводить в помещениях. В этом главный недостаток гольфа; то ли дело преферанс — карточный стол доступен в любое время года, ему ни снег, ни дождь не страшны… Настроение было так себе; и, хотя за столом он держал улыбку и безмятежное выражение лица, его кольнуло, когда сестра упомянула Первозванова. И ладно бы она вспомнила о нём один раз: первого сентября она, ставшая студенткой дипакадемии рассказала за ужином, что ректор, перечисляя первокурсникам тех, кого «приобрела» академия в этом году, начал именно с Первозванова. А дальше у сестры чуть не каждый день пошло: ах, Андрей так языки знает; о, Андрей, на саблях дерётся изумительно… И ладно бы сестра — глупенькая малолетка. Так нет; перейдя на третий курс дипломатической академии, он видел, что особенное внимание к этому простолюдину было характерно для многих девушек. А уж парни, помешанные на всяких там военных навыках — вообще боготворили его. Как же — суперчемпион! До этого большинство юношей академии так относились именно к Адаму: два года назад он стал чемпионом по имперскому триатлону в поединках клинковым оружием и очень гордился этим. А появление Первозванова нивелировало его победу, переведя в разряд обычных достижений. Теперь вот зал для посвящения — два года назад, поступив в академию, именно Адам взял на себя оплату зала. И это оценили и преподаватели, и студенты. А теперь перед Адамом Радзивиллом замаячила и ещё одна новая проблема: впереди конкурс «Мистер Академия», на котором Адам два раза побеждал. И рассчитывал победить и на третьем курсе. И на четвёртом — тоже. Если Первозванов заявится на этот конкурс, то Адам может потерпеть унизительное поражение. И ладно бы от какого-нибудь природного княжича с древней родословной; уступить равному по статусу и древности рода — это где-то даже почётно. Так нет же: Первозванов — деревенщина и безродный ублюдок! Может быть, Первозванов и не хочет участвовать в конкурсе, но как третий год учили Адама в академии: в политике важны не намерения, а возможности. Собравшись на гольф и выйдя из дворца, Адам Радзивилл кивнул водителю, помощнику и охраннику, встретившим его с поклоном; прошёл к автомобилю, дверку которого услужливо открыл помощник и сел на своё место. |