Книга Хроники Менталиста 4, страница 17 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— И вы больше не встречались?

— Ну, почти. Его отправили в тюрьму, — Вихрь горько усмехнулся. — Не расстреляли, не казнили публично. Просто заперли. Для острастки других, понимаешь? Чтобы все видели: вот что бывает с теми, кто не хочет присягать.

Он замолчал, глядя куда-то сквозь меня, в прошлое. Потом встряхнулся и продолжил:

— Мать пыталась его вытащить. Писала письма, ходила по инстанциям, даже деньги собирала на взятки. Ничего не помогало. Годы шли, я рос, а он так и сидел. Мать состарилась за пять лет больше, чем за всю жизнь до этого. Сестра вообще перестала его вспоминать — слишком маленькой была, когда его забрали.

— А ты помнил, — тихо сказал я.

— Каждый чёртов день, — Вихрь посмотрел мне в глаза. — И когда проявился дар, я понял, что у меня появился шанс. Не просто выжить — изменить всё. Вытащить отца. Вернуть семью.

Он сделал паузу, делая еще одну глубокую затяжку.

— Никонов сам нашёл меня. Предложил работу, деньги, известность и… обещание. — Вихрь выдохнул дым. — Сказал, что у него есть связи в столице. Что он может договориться с нужными людьми, вытащить моего отца. Просто нужно время.

— И ты поверил.

— А у меня был выбор? — огрызнулся он. — Мать уже отчаялась. Сестра росла без отца. А тут появляется человек с реальной властью и говорит: «Работай на меня, и я всё решу». Конечно, я поверил. Я хотел верить.

Я понимал его. Слишком хорошо понимал. Когда ты в отчаянии, ты готов хвататься за любую соломинку. Даже если эта соломинка может оказаться удавкой.

— Сколько ты на него работал?

— Три года, — Вихрь стряхнул пепел. — Три года я бился на его подпольных рингах, выигрывал бои, выполнял его поручения. А он каждый раз говорил: «Ещё немного, парень. Ещё пара месяцев, и я договорюсь». Потом: «Возникли сложности, но я работаю над этим». Потом: «Просто нужно больше денег для взятки».

— Он тянул время.

— Он издевался, — жёстко сказал Вихрь. — Держал меня на крючке, зная, что я никуда не денусь. Потому что отец — это единственное, что для меня важно. И Никонов это знал.

Он замолчал, докуривая сигарету. Я ждал продолжения, чувствуя, что самое важное ещё впереди.

— А потом появился Корсаков, — произнёс Вихрь наконец. — Подошёл после одного из боёв. Сказал, что знает мою историю. Знает, что Никонов обманывает меня. И предложил помощь.

— За что?

— За то же самое, — Вихрь усмехнулся. — Драться на его рингах, работать на него. Но с одной разницей. — Он посмотрел мне в глаза. — У Корсакова реально есть связи в столице. Серьёзные связи, а не дешёвый блеф Никонова. И ему хватило трёх месяцев, чтобы договориться с нужными людьми.

На несколько мгновений повисла тишина.

— Твой отец…

— Он уже свободен, — кивнул Вихрь, и в его глазах впервые блеснула настоящая, живая эмоция — радость, смешанная с болью. — Корсаков вытащил его две недели назад. Отец сейчас дома, с матерью и сестрой. Впервые за долгие годы они снова вместе.

— Но есть условие, — догадался я.

— Всегда есть условие, — Вихрь бросил окурок в снег. — Я должен выиграть бой против тебя. Тогда Корсаков обеспечит нам безопасный выезд из города. Новые документы, новая жизнь где-нибудь на юге, где никто не знает нашу фамилию. Где отец сможет спокойно доживать свои годы, а сестра — выйти замуж и родить детей.