Книга Реликт, страница 107 – Евгений Волков

Только как бы лихорадочно ни думал Андрей, какие бы идеи ни подкидывал его мозг, все они сталкивались с суровой действительностью. Он не успеет. Вытянуть часть кораблей из космического боя — они проиграют здесь. Дождаться, пока победа будет достигнута в космическом сражении — они проиграют наземное сражение.

— Капитан, фиксирую взлёт крупного объекта с поверхности планеты, — сообщил Ватсон, попытавшись приблизить участок планеты.

Картинка была нечёткой: неудивительно, если большая часть сенсоров сейчас сосредоточены на бое. Да и в целом колоссальное количество энергии, что выплёскивалось в пространство во время боя, не способствовали хорошей и чёткой работе таких систем. Но даже так можно было различить то, что происходило на конкретной части Колыбели. Там с планеты поднимался огромный треугольник. Если корабли мышей имели явную форму пирамиды, то вот этот корабль (а это был именно корабль) напоминал скорее треугольник. В основании треугольника был отросток, отдалённо напоминающий коготь.

— Что это? — спросила Элия, которая отвлеклась на общую картину.

— Понятия не имею, — ответил Андрей. — Ватсон?

— Не могу знать, капитан, в моих базах нет информации о строении таких кораблей. Раньше мы с ними не сталкивались, — спокойно проговорил Ватсон.

Андрей вновь вернул взгляд на картину локального боя и, поняв, что вражеский эсминец удачно подставился, мгновенно отдал приказ на удар главным калибром. В тот же миг «Перун» содрогнулся всем корпусом. Накопители, экстренно подсоединённые Ремом к орудиям, сбросили накопленную избыточную энергию щитов прямо в рельсотронные койлы. Этот выстрел был мощнее, чем любой предыдущий.

Из стволов вырвалась ослепительно-белая вспышка электрического разряда, и в следующее мгновение два невидимых невооружённым глазом объекта устремились к цели. Вражеский эсминец, занятый перестрелкой с кораблём союзников, не успел даже инициировать корректировку курса. Кинетические снаряды преодолели крошечное расстояние, пробили его щиты и броню так, словно их не существовало, и вошли в корпус. Потеряв управляемость, эсминец стал медленно и хаотично вращаться, а затем кто-то выпустил в него плазменные снаряды и, вспыхнув, он перестал существовать.

Андрей выдохнул, возвращая внимание к экрану, на котором всё ещё пульсировали отметки обманного манёвра Альянса. Сейчас его беспокоило не уничтоженное вражеское судно, а появление непонятного объекта.

— Связь с Робо! — бросил капитан, не тратя времени на лишние слова.

— Есть, — тут же отозвался офицер связи, переводя вызов на консоль Андрея.

Видео не было, что неудивительно — в разгар ближнего боя протоколы связи упрощались до максимума. Голос Робо, чуть искажённый помехами, означал, что Носитель Слова сам находится в гуще сражения, используя свои корабли в качестве живого щита, как и обещал.

— Робо, ты видишь? — Андрей не уточнил, что именно видит Носитель Слова, посчитав, что друг понял, о чём речь, — земляне делились союзу со всеми данными наблюдения.

— Да, друг мой. Вижу, — коротко ответил Робо. В его голосе проскользнула нотка напряжения, отлично передающаяся даже сквозь помехи.

— Знаешь, что это? Взлетает-то с Колыбели, — проговорил капитан, напряжённо наблюдая за происходящим.

Посмотреть было на что. Объект — крупный, треугольной формы — сменил курс и двинулся на перехват десантной группы. Но двигался он невероятно медленно для космического корабля.