Книга Горизонт Событий, страница 141 – Евгений Волков

Поле, сгенерированное ядром планеты, защитило их города, но его резонанс разрушил саму суть жизни. Оно сломало их геном, стерилизовав целую расу. Спасение обернулось медленным вымиранием.

И теперь народ раскололся надвое. Одни — «Семя» — уходили в ледяную пустоту космоса, надеясь, что вдали от проклятого Щита их тела вспомнят, как дарить жизнь. Другие — «Щит» — оставались здесь, чтобы умереть, покупая для беглецов драгоценные минуты.

Звук шагов за спиной заставил Аркана обернуться.

Из бокового коридора, одного из десятков, ведущих в сердце Архива, появился немолодой мужчина. Его белый халат учёного был испачкан пылью, лицо осунулось от бессонных ночей, но глаза горели фанатичным огнём.

— Магистрат! — учёный резко ударил кулаком в грудь, салютуя лидеру.

— Это оно? — голос Аркана звучал сухо, без эмоций. Время для речей закончилось наверху, в Атриуме. Здесь осталась только работа. — «Архив Знаний»?

Он кивнул на пульсирующий фиолетовый сгусток.

— Да, мой повелитель, — выдохнул учёный, подходя к консоли и пробегая пальцами по сенсорам. — Это биологический нейроноситель. Кристаллы данных могут размагнититься, бумага — истлеть. Но плоть… плоть умеет помнить. Оно сохранит нашу историю, нашу культуру, наши ошибки. Для тех потомков, что однажды вернутся на Родину.

— Разве плоть — не самое хрупкое строение во Вселенной? — задумчиво произнёс Стратег.

Его тяжёлый взгляд снова приковала гипнотическая, размеренная пульсация внутри капсулы. На фоне грохота умирающего наверху мира этот тихий биологический ритм казался единственным островком спокойствия. Словно сердцебиение младенца в утробе матери.

— В обычном понимании — безусловно, — кивнул учёный. Он подошёл ближе к своему творению, и в его движениях сквозила странная смесь гордости творца и глубокой горечи. — Но здесь мы обошли законы энтропии. Нам удалось запустить уникальный биологический процесс…

Он на секунду замялся, подбирая слова, понятные военному, а не генетику.

— Представьте себе клеточную регенерацию, возведённую в абсолют. Этот организм не просто хранит информацию, он живёт ею. Он способен бесконечно обновлять собственные клетки, перестраивать нейронные связи, мгновенно «лечить» любые повреждения носителя. И при этом его метаболизм настолько эффективен, что он потребляет ничтожно мало энергии. Он может питаться даже фоновым излучением распада.

Учёный с досадой, граничащей с отчаянием, посмотрел на Магистрата. В его глазах стояли слёзы бессилия.

— Увы, технология слишком сырая. Мы создали этот прототип всего цикл назад. Если бы у нас было больше времени… мы могли бы адаптировать этот процесс для наших тел. Мы могли бы победить вырождение. Мы могли бы стать бессмертными. Но мы опоздали.

— Я понимаю, — спокойно, без тени упрёка ответил Аркан.

В этом коротком ответе звучала вся тяжесть их положения. История не знает сослагательного наклонения. Они проиграли гонку со временем, но обязаны были финишировать достойно.

Мир моргнул.

Реальность взорвалась. Чудовищный грохот перекрыл стоны раненых, когда направленный взрыв вырвал бронированные створки главного входа в Архив, словно они были сделаны из фольги.

В следующую секунду в помещение, затянутое едким дымом и пылью, хлынула чёрная волна.

Десантные машины Врага.