Книга Танат 4, страница 11 – Виктор Айрон

Как сказала бы одна моя знакомая из прошлой жизни, эти ребята явно на пару веков опоздали на вечеринку. Одну из тех, которые обозначались аббревиатурой слов о бесконечной доброте, сострадании и милосердии. Вот именно такой странный прикид вместо привычных биокомбинезонов, то бишь инисов, и носили эти… Ну, допустим бойцы. Ладно, пусть все эти ремни, портупеи, браслетики и прочие едва что-то прикрывающие куски кожи дань уважения старенькому постапоку про безумного Макса. Может и Маркса, но это не точно, да и неважно. И так понятно, как выглядели мои соперники.

Нет, насчет противников я погорячился. Даже не имея Дима рядом, чтобы с его помощью войти в состояние слияния и использовать показатели димортула по полной, мои скорость, ловкость, реакция и другие кондиции вестника превосходили таковые у соперника. И без пресловутого боевого транса движения бросившейся ко мне троицы были такими вязкими и медленными. Да и разнокалиберное местное оружие ближнего боя в виде парных костяных ножей, такой же сабли и секиры явно не было подобно продолжению их тел. Это не сражение, а натуральное избиение младенцев-переростков.

Я, как вы заметили, много думаю. При этом, хоть и подхожу к процессу обстоятельно, шестеренки у меня в мозгах крутятся быстро. Мне невольно вспомнился фильм про учителя фехтования, снятый или по книге Переса-Риверте, или по её отдаленным мотивам. Там как раз наставник объяснял ученику, почему против трех соперников драться проще, чем стоя со шпагой на пути одного противника. И престарелый уроженец Гренобля рассказал ученику три закона, которые позволяют справиться с группой атакующих. Обычно недалёких.

По закону человеческой глупости трое никогда не смогут действовать как единое целое. В этом мире есть телепатия, но среди мутов. Трое любителей странных игрищ явно были обычными разами. Никаких сверхспособностей. Не будем таковой считать их выдающуюся тупость, которую они вскоре проявили.

По закону человеческой лени каждый надеется, что его работу сделает кто-то другой. Мечник и парень с ножами явно решили доверить эту почетную работу парню с секирой, которой нормально орудовать может только оркоид без рта. Этих качков зовут из-за этой особенности немыми, но говорят они вполне нормально. Парень был крепким, но мускулу у него поменьше, чем у этих живых танков. Ой, секиру над головой поднял. Молодец, возьми с полки плитку рациона.

По закону человеческой трусости каждый надеется, что кто-то другой примет первый смертельный удар. Бери инициативу в свои руки. В данном случае это не про этих ребят. На меня несется секирщик, который словно под чем-то. Однако остальные, следуя закону книжного и киношного учителя фехтования, явно позволяют ему принять первый удар. С другой стороны, если эотул не уничтожен, то можно легко извлечь его из мертвой тушки и поместить в новую оболочку. Тот мастер меча явно не был в курсе такого квазибессмертия, но сдается мне, что и на этот случай он вывел некое мудрое правило. Насчет самоуверенности разов всех видов.

Воспользуемся тогда этими самоуверенностью и глупостью врагов. Чуть смещаюсь в сторону, секирщик следует за мной, а парень с ножами теперь точно за спиной того, кто должен принять первый удар. До последнего стою на месте, клинки прижаты к предплечьям, но не убраны в живые ножны на предплечьях. Обоюдоострый костяной топор летит вниз. Но не в мою голову, так как с глазомером у любителя кожаного минимализма все очень плохо. Перелет, так что меня могло лишь огреть древком по голове. Вот только я делаю шаг в сторону, поворот и со стоном бью себя ладонью по лицу. Никогда у меня в Танате ещё не было настолько бездарных противников. Даже те червеподобные шавки, которых потом усыновил и удочерил Макс с его самками, доставили мне при первой встрече больше хлопот. Плакать или рассмеяться? Сложный выбор.