Книга Жизнь на Севере, страница 18 – Тао Вонг

Так продолжалось до тех пор, пока всё тело саламандры не налилось красным светом и не окуталось облаком багрового пара. Кажется, саламандра вскипятила собственную кровь и пустила её в обидчиков, обварив всё кругом и заставив их отпрянуть назад. Она тут же сделала выпад и цапнула огриху, оттяпав ей руку… Остаток битвы потонул в крови, но наблюдая за этим, я исподволь начал понимать, что что-то не так. Ушла всего секунда на осознание того, что именно.

— Там нет детей! — крикнул я Али, который с умилением следил за бойней, раздобыв себе где-то пакет попкорна. Он прервался ровно на секунду, чтобы ткнуть куда-то пальцем, и тут же вернулся к прерванному зрелищу, словно забыв про меня.

Проследив за его жестом, я пробрался к другому зданию и тут же обнаружил детишек, которых караулил Огр Подросток. Глаза мои сузились, и я стал прикидывать, что делать дальше. Когда придумал, мрачно улыбнулся, побоище к тому времени почти завершилось. Тяжело раненная саламандра поджаривала своим выдохом последнего огра.

Ну как, нравится вам, когда вас поджаривают? Где-то в глубине души я поморщился от собственного тошнотворного ликования, но только самую малость. Стоило саламандре закончить с последним из взрослых, я, поддразнивая, указал ей путь к деткам.

Вторая часть плана успешно завершилась. Я невесело усмехнулся, глядя, как саламандра закусывает Подростком, и поспешил прочь. Можно было бы на этом и закончить, отомстив за жителей Перекрёстка, однако моя ярость ещё не получила удовлетворения, и нужен был финальный аккорд. Саламандра тоже монстр и должна умереть.

Третья часть в теории была очень проста. Честно говоря, я очень рассчитывал на то, что в конце битвы в живых останется именно саламандра, и с учётом этого мастерил свою маленькую поделку. Я припрятал её неподалёку, крайне благодарный судьбе за то, что огры не разбираются в человеческих технологиях, да и вообще не слишком любознательны. Никто мою заготовку и пальцем не тронул, так что я схватил тележку из супермаркета обеими руками и выкатил её, направляя на саламандру.

Скрестил пальцы на удачу, в надежде, что всё сработает, как надо, и запустил телегу под горку, прямиком на тварь. Она не поняла, что происходит, ей казалось, что она вот-вот наконец-то меня прикончит.

Удивительно, но первый удар, когда тележка врезалась саламандре в голову, не решил вопрос. Зато второй удар в заднюю лапу, сделал своё дело. Тележка была наполнена в несколько слоёв. В самой середине лежала бутылка самодельного нитроглицерина. Она была плотно закрыта и обёрнута тряпкой, чтобы ни в коем случае не рванула от случайного удара. Вокруг лежали полупустые канистры бензина вперемешку с баллончиками лака для волос. Ну а сверху тонким слоем насыпаны гвозди, болты и гайки. Самодельная бомба, на изготовление которой у меня ушла уйма времени.

Когда бомба сработала, шрапнель полетела во все стороны, нанося максимальный ущерб. Наверняка у саламандры был иммунитет от поражения огнём, может, даже и частичный иммунитет к поражению взрывной волной, но противопоставить осколкам, прошивающим плоть насквозь, ей было нечего.

Впрочем, большую часть из этого я понял гораздо позже. Всё, что я помню после того, как прогремел взрыв, это острую боль и силу взрывной волны, которая швырнула меня вперёд, прежде чем пришло забытьё.