Книга Главный по мусору. Том 1: Системный Мусорщик, страница 83 – Socolow Daniel

[Класс: Кислотный Левиафан Шахт]

[Особенности: Мгновенная регенерация в химической среде, плевок кислотой на 40 метров, бронированный панцирь 5-го класса]

Альфа методично раздувал свой зоб размером с цистерну бензовоза и каждые десять секунд выплевывал в центральный гермолюк насосной пятидесятилитровый заряд шипящей едкой массы. Верхние петли массивной броневой двери бункера уже провисли, разъеденные до половины толщины металла.

Из вентиляционной трубы станции донесся надсадный хрип наружного громкоговорителя:

— Всем постам!.. Говорит бункер насосной номер четыре! Патронов осталось на один магазин! Гермодверь прогорает, металл течет! Если люк рухнет — нас растворят заживо! Помогите!..

— Химики и технологи — основа производства, — произнес я, взводя затвор «Шлакобоя-1». — Люди, способные очищать реактивы и работать с изотопами, нужны Цитадели живыми. Разворачиваем тактический порядок.

Я повернулся к соратникам:

— Алина, видишь фермы кран-балки под сводом над станцией?

— Вижу, — отозвалась девушка, оценивая высоту и угол обзора.

— Поднимайся по служебному трапу на верхний настил. Работай сверху по спинным костяным иглам амфибий. Выбивай стрекательные железы, не давай им вести прицельный обстрел мостков.

— Принято.

— Глеб, берешь Бугра на короткий поводок и держишь вход на центральную эстакаду. Если эти твари попытаются перерезать путь отхода — крепи основание пролетов гео-каркасом. Бугор дернется в сторону — ломай ему колено без предупреждения.

— Сделаем в лучшем виде, командир, — бригадир с хрустом размял пальцы и покрепче перехватил рукоять кувалды.

— А ты как зайдешь? — спросила Алина, закрепляя карабин на плечевом подвесе.

Я посмотрел на бурлящее зеленое озеро, плескавшееся внизу, и усмехнулся:

— Напрямую по руслу. Пора проверить предел прочности плазменного резака.

Я перемахнул через леера эстакады и шагнул в пустоту.

ПЛЮХ!

Я вошел в кипящую изумрудную жижу по пояс.

Температура раствора достигала шестидесяти градусов. Обычные ботинки превратились бы в кисель за минуту. Но ноги защищали титано-базальтовые щитки Стража Стен, а вокруг тела развернулся вихрь энтропийного щита.

[Контакт с жидкой агрессивной средой предельной концентрации!]

[Активирован пассивный режим: «Энтропийная губка»]

[Энергия реактора: 300/300 ед. Избыточный потенциал направлен на форсирование сервоприводов]

[Физическая Сила временно увеличена: +4 ед. Текущая Сила: 28 единиц!]

Мышцы налились чугунной мощью. Сервоприводы экзо-манипулятора «Коршун-1» запели на высокой, чистой ноте. Кипящая кислота вокруг меня начала остывать с поразительной скоростью, теряя едкие свойства и превращаясь в мутную воду — внутренний реактор вытягивал энергию химических связей со скоростью промышленного утилизатора.

Я рванул вперед по затопленной галерее, вздымая двухметровые фонтаны брызг. Двадцать восемь единиц Силы несли мое тело сквозь плотную жидкость, точно тяжелый торпедный катер.

Ближайшие две амфибии на опорной плите моста заметили движение в воде. Чудовища развернулись, их пасти с мерзким клекотом распахнулись для залпа.

Пф-ит! Пф-ит!

Сверху хлестнули выстрелы Алины. «Теневые Пробойники» вошли точно в спинные наросты тварей. Стрекательные железы сдетонировали внутри тел чудовищ от объемного пространственного удара. Раздался глухой треск — обе амфибии взвыли, захлебываясь собственной кислотой, прожигающей их хребты изнутри.