Книга Иномирье, страница 31 – Антон Демихов

Трактирщик, еще утром смотревший на меня как на нищего бродягу, мгновенно сменил тон. Увесистые фларки, материализовавшиеся словно из воздуха, и запекшаяся кровь на моих рукавах оказались лучшим аргументом.

Спустя полчаса я сидел в просторной деревянной лохани в чистой, протопленной комнате на втором этаже. Горячая вода смывала въевшуюся подвальную грязь, тошнотворный запах коллектора и липкий холод страха. Но она не могла смыть воспоминания о том, как мой нож входил в горло Карманника.

Выбравшись из воды и насухо вытеревшись грубым полотенцем, я разложил на кровати свой арсенал: окровавленный перочинник, железную отмычку и трофейный кинжал бандита.

Кинжал был тяжелым, с односторонней заточкой и потертой кожаной рукоятью. Я взвесил его в руке, сделал пару пробных взмахов. Баланс смещен к лезвию — идеально для рубящего удара, но для точного укола в шею или под ребра придется приложить силу. Благо, пять единиц Ловкости делали мои движения куда более плавными и точными, чем вчера.

Завтра в катакомбы спустится Хромой. У него будет рассеиватель чар. Он будет идти расслабленно, предвкушая дележку древних фларвингов, и даже не заподозрит, что его подельники мертвы. Я устрою засаду в узком месте восточного коллектора. Там, где он не сможет увернуться.

Я лег на чистую простыню, положив кинжал под подушку, и закрыл глаза. Нужно было выспаться. Завтрашний день должен был сделать меня богатым. Или окончательно мертвым.

Планета Земля-2

Временная петля. Синхронизация времени с Землей-1

В спальном районе Новосибирска, что на улице Зальцмана, стояла непроглядная ночь. Было так темно, что хоть глаз выколи за ненадобностью. Дмитрий шел по улице с фонариком, прокладывая дорогу домой сквозь снежные заносы и завывающий ледяной ветер. Дешевый китайский светодиод выхватывал из мрака лишь обшарпанные бетонные стены девятиэтажек да ржавые ракушки гаражей.

Нырнув в спасительное тепло подъезда, он отряхнул куртку от снега и взбежал на пятый этаж. Поворот ключа в массивной железной двери, щелчок трех тяжелых засовов.

Внутри квартиры стояла неестественная, тропическая жара, сопровождаемая низким, давящим на уши монотонным гулом. От привычного быта обычной хрущевки не осталось и следа. Окна были наглухо заклеены строительной фольгой, не пропуская наружу ни единого луча света. Почти всю площадь бывшей гостиной занимала массивная черная стойка серверного оборудования. Пол под ногами полностью скрывался под змеиным клубком толстых проводов, удлинителей и силиконовых шлангов кустарной системы жидкостного охлаждения, из-за чего передвигаться по комнате приходилось с осторожностью минера.

В дальнем, слабо освещенном углу ютился жесткий деревянный топчан, на котором валялся скомканный армейский спальник — здесь Дмитрий спал урывками по два-три часа в сутки, не отходя от консолей. А на широком подоконнике, среди целой батареи пустых банок из-под энергетиков, пепельниц и немытых кружек, надрывно закипал дешевый пластиковый чайник, давно покрытый желтоватым налетом накипи.

На столе непрерывно мигали три широких монитора, заливая хаос комнаты холодным синеватым светом.

Дмитрий, не снимая уличных ботинок, рухнул в продавленное компьютерное кресло, плеснул кипятка в кружку с остатками растворимого кофе и жадно впился взглядом в бегущие строки кода.