Книга Вернуть дворянство 1, страница 48 – Дмитрий Крам

Почему девушка так переживала, я понял лишь на следующее утро. Собрание было назначено в горах. Точнее, в сети пещер, что под ними. В моей реальности там окапывались перед капитуляцией японские войска, семьдесят пять тысяч не потеснились, а потом уже простые люди там прятались во время Инцидента Третьего Апреля от правительственных людоедов, сжигающих всё дотла.

По пути мы встретили несколько групп туристов. Популярный маршрут. Джи-А каждые пять минут уточняла, как я себя чувствую. Понятно, что делает она так, потому что переживает, но меня это уже начинало подбешивать.

Чувствовал я себя отвратно. Болело всё. До сих пор ныла каждая связка и мышца. Но не вечно же мне валяться. Расхаживаться-то как-то надо. Разгонять метаболизм и регенеративные процессы.

Мы свернули в чащу и прошли тайной тропой. У входа нас встретил мужчина в каске с фонарем. Он выдал нам такие же, и мы проследовали за ним. Около часа петляли по тоннелям. Кабели и подсветка остались далеко позади, и теперь путь освещали лишь налобные фонари. Нахрена так глубоко забираться? Убить меня, что ли, решили? Да нет. Глупость. Не за что. Да и незачем в такую даль тащить. Наверное, какая-то странная традиция.

Возле очередного поворота проводник замер. Дальше нам предстояло идти самим. Мы прошли прямо, а потом дважды свернули и вышли в просторную круглую залу. В потолке имелась дыра, через которую попадал солнечный свет. В конце было возвышение. Там на подушках сидели пять женщин.

Одну из них я знал — Минхе.

Слева расположилась самая молодая, в белом ханбоке. Дальше крепкая бабулька в монгольских народных одеждах. Посередине сидела Минхе. Справа от неё полноватая тётка лет шестидесяти. И последней была худая старуха с очень ехидным выражением лица.

Сбоку, на равном расстоянии между советом и нами, восседала загорелая шаманка. Ей можно дать как тридцать, так и пятьдесят. Она была одета в расписной ханбок. Широкие штаны с ритуальными рисунками и такая же широкая из плотного материала блуза. На голове странный головной убор. Она присутствовала одна, без помощниц. В руках женщина держала круглый узкий барабан, а рядом на каменной подставке лежали кисточки, ступка с белым рисом и еще кучка мелких вещей неведомого свойства.

Она молча ударила в барабан. И посторонние звуки словно отрезало. Мы оказались в своеобразном незримом пузыре. Я слышал, что такие артефакты есть у императоров и используются на переговорах, но чтобы это было способностью.

Я подошел на середину зала и поклонился.

— Долгих лет вам, — сказав это, сел на колени, собрав под себя ноги. Джи-А опустилась чуть сзади и левее меня, покорно склонив голову.

— Ну здравствуй, Ен, — заулыбалась самая правая женщина. — Или нам тебя лучше звать Арсом?

— Как вам будет угодно, — спокойно ответил я.

— Меня зовут Кёнхи́ Кан, — представилась самая молодая.

— Сарантуя Ананд, — сказала монголка.

— Минхе Чон, — проговорила сидящая в центре. Она уже не изображала добрую главу кооператива. Сейчас передо мной сидела правительница острова.

— Чанджа Мин, — произнесла полноватая тетка справа от нее.

— Ан Хи Ёнг, — с ухмылкой поведала последняя.

Я еще раз поклонился, мол, приятно познакомиться.

— Итак, — начала Минхе, и по тону я сразу понял, разговор будет не из легких. — Ты прибыл на остров без регистрации. Привез с собой неприятности. Мы навели справки. На пароме случился странный инцидент с проводницей. Держу пари, там тоже была попытка убийства. Изучив каюту, эксперты нашли частички крови в щелях паркета. Если бы тебе не удалось избавиться от тела, мог бы пойти слух, что по дороге на Чеджу убивают людей. Более того, мальчишка, что сейчас находится в больнице, из клана Обата. Преступной группировки. Скорее всего, и убитый на судне из этой же банды. Ты втравливаешь нас в мафиозные разборки.