Книга Бафер с руками из ж… Книга 6, страница 32 – Дмитрий Крам

Стенки тоннеля сомкнулись с хлопком, а я упал на землю. Оказалось, конец веревки из стрелы был примотан к посоху Мегиды, и она дернула меня с помощью своего навыка. А эта парочка хорошо спелась. Когда-то ведь успели отработать такой механизм эвакуации соклана.

Стрелу вырвали. Лея меня отхилила.

— Ребят, — обеспокоенно окликнула всех Завеса. — У нас проблема.

Жора покачивался стоя на месте. Его руки непроизвольно сжимались и разжимались. Он наклонял голову, как бы вкручивая её вперед и влево. Лепетал что-то нечленораздельное.

— Девять. Гуд. Соболь. Я им говорил. Швырк твою в распень! Гордость. Всё сила их могучего банана!

Мы замерли, опасаясь приближаться, а картмастер казалось нас и не замечал.

— Жо-о-ор! — окликнула его Мегида чуть не плача. — Жорочка, милый.

Картмастер резко обернулся. Зрачки его пульсировали сужаясь и расширяясь. Из уголка рта обильно потекла слюна. Он дернул головой, а потом зарычал как зверь, так широко раскрыв пасть, что челюсть со щелчком выскочила из пазов.

Жора скачками как зверь ринулся в нашу сторону. Выглядело это ужасно. Видеть в таком состоянии соклана отвратительно. Знать, что он при этом сейчас наброситься на тебя еще хуже.

Колыбельная на него не прошла.

— Сейф! — обернулся я на Артура.

Тот секунду выждал, прицеливаясь и скастовал. Жора оказался заперт в стальной темнице. Начал стучать руками и, судя по всему, головой, раз ХП от каждого удара проседало. Приглушенный рык разрывал нам сердце. Прости, приятель. Это жестокая игра.

— Тихон, есть стрелы со снотворным? — обратился я к лучнику. Он лишь кивнул, потом долго рылся в инвентаре, всё-таки вещь редкая из категории «на всякий случай». Вытащил белый пузырек, словно молоком наполненный, и смазал в нем небольшую стрелу без наконечника, просто заточенное древко.

Щит развеялся, и Жора взмыл вверх, там стрелок его и подловил, угодив в шею. Картмастер шмякнулся о землю, пытался брыкаться, это походило на предсмертные судороги. Лея кинула на него Лечение. Наконец, пиксель затих, лишь сонно порыкивал.

Мегида шумно вздохнула, не позволяя себе разреветься. Взгляд её стал жестким, но как-то по-детски, что ли. Когда ребенок что-то для себя решает, и в тот миг он готов даже умереть, отстаивая собственные идеалы, или хуже того, отказаться ради них от компьютера и планшета, но проходит час, и он забывает о своём судьбоносном выборе, прервавшись на просмотр мультфильма.

Зелье будет работать чуть меньше десяти минут. Вариантов не особо много, мы соорудили носилки из костей и кожи, которых вокруг было в избытке любых видов, и пошли дальше.

— Когда безумие скакнет до девяносто восьми, предупреждайте, — дал я новую вводную.

Вскоре мы увидели море. Но никакой воды там не было. На берег накатывала сплошная волна совокупляющихся тел. Вместо шума прибоя доносились вожделенные стоны.

— Океан разврата, — сплюнул Праведник, залившись краской.

Местный чайки больше походили на гарпий, красивые голые женщины, но с птичьими клювами. Вместо привычного чаечьего гомона они исторгали ругательства.

— Шлюха!

— Стерва!

— Прошмандовка!

Но самым частым было все же первое. Если они вдруг видели на ком-то из сплошной волны грязное белье, то тут же набрасывались на этого человека и рвали его на части. О чистоте перьев они не заботились, поэтому почти все были покрыты розово-черным налетом засохшей крови.