Книга Путь трех совершенствований. Том 1, страница 42 – Дмитрий Крам

А рыжий пиромант Шон умудрился вызвать срабатывание пожарной системы. Но таких одарённых в школе много, попробуй вычисли виновного, так что он вышел сухим из воды, хотя многие покинули храм знаний мокрыми. Такой каламбур.

Со школы вернулся рано. Через другой берег. Знал, будут ждать. Пашка помнил о прогулке. Так что уже был у порога. Мы перекусили, присовокупив к обеденной порции утренние галеты и гель. Плотно вышло. Не помню даже, когда последний раз такой сытый был.

Я выкатил брата на улицу. Русик был на месте.

— Пашка, Русик. Русик, мой брат Павел.

— Закеш паразита, — бесцеремонно сказал зареченский.

Брат к такому привык. Лишь пожал плечами и немного подался вперёд.

— Же-е-е-есть! — как будто бы даже восторженно протянул Русик. — Капец ты мутант.

— Будешь так говорить, тебе его передам.

— Ладно-ладно, — выставил руки парень.

Я объяснил маршрут, хлопнул его по плечу и побежал в обход, «по реке» как у нас говорят. За границу района, на условленное место, прибыл раньше. Пока ждал, смотрел по сторонам. Серый район, серые панельки, белый да оранжевый кирпич — тоска.

А вот подошла парочка уличных художников, и я завороженно наблюдал за их работой. Без них наши кварталы представляли бы куда более унылое зрелище. Они хоть немного красок добавляют.

Кирпичные стены старой трансформаторной были покрыты причудливой вязью граффити. Клички и названия банд. Половина из тех, кто это рисовал, давно погибли, группировки исчезли, на их место пришли новые, а буквы на кладке живут. Летопись района, блин.

Вот парень начал создавать фон, закрашивая самые старые записи. Меня всегда удивляла магия их работы на глаз. К нему подошла девчонка и сразу с двух рук принялась что-то выводить. Полосы краски ложились мягко, будто фея орудует волшебной палочкой. Удивительно.

Я не мог оторвать взгляд, а когда картина всё же была завершена, то разочарованно сплюнул.

— Тьфу. Вандалы!

Огромный фаллос нарисовали. Варвары.

Колёса зашуршали по асфальту, заставляя обернуться.

— Смотри, чё творят, козлы, — пожаловался я.

— Лучше б титьки намалевали! — крикнул им зареченский, но вандалы проигнорировали.

— Ладно, спасибо, — дал Русику краба.

— Да чё, сочлись, типа, — пожал плечами тот.

— Ты его офингалил? — спросил брат, когда парняга отчалил.

— Ага.

— Красиво.

— А то! Погнали. Куда хочешь?

— Давай на настоящую набережную, где вода есть.

Пашка накинул капюшон, пряча паразита, чтобы не было лишних вопросов. А то раньше, помню, нарывались пару раз на неадекватов, которые на нас даже полицию натравливали.

Денёк был теплый. Самое то для прогулки. По воде шла рябь от лёгкого ветерка. Несколько богатых рыбаков, у которых были деньги на рыболовную лицензию, сидели с удочками. Когда-то и мы с отцом так выбирались на берег.

Здесь же дежурили пулемётчики на вышках, и кружила пара патрульных катеров. Это на случай, если из воды выберется тварь из прошлых прорывов или из-за города кто приплывёт по реке. Редко, но такое всё же случалось.

— Давай на пляж, — рулил Пашка.

Денёк теплый, я уже говорил. Девочки в купальниках имеются, так что желания брата понимал и разделял. По песку старую тарантайку катить было не просто, но красота требует жертв. Мы остановились у волейбольной площадки. Так как рядом был торговец холодным счастьем.