Книга Путь трёх совершенствований. Том 3, страница 107 – Дмитрий Крам

— Я, может, крови боюсь, — пробубнил он.

— Тогда в зеркало лучше пока не смотри.

— Да иди ты, — беззлобно бросил он.

Слева в салон заглядывало дерево и придавило ноги миниатюрной Мэй Сяонань. Девчонка уже имела на лице все признаки кислородного голодания. Крохотные ручки едва давали сил отодвигать дерево раз в десять секунд и делать вдох.

Лапа пытался найти рычаг, но не смог, потому просто иногда помогал отодвинуть дерево, чтобы девушка могла сделать вдох.

— Херней занимаешься, — зло проговорил я с силой пнул фюзеляж немного отогнув его и расширив проход наружу, потом упёрся плечом и рывками стал сдвигать. Тут подошёл пошатывающийся Томас и помог. Упражнение с тренировок, так что справились.

Высота была метра три. Я прыгнул вниз на ковёр высокой травы. Нашёл сосенку. Пока никто не видит материализовал меч Кармы и отсек лишние ветки. Вернулся к пробоине и протянул шест Томасу. Прыгнул, ухватился за край и залез в салон.

Подошёл к Мэй, вогнал рычаг меж кресел.

— Я и Лапа давим, ты выдёргиваешь девчонку, — обратился к Томасу. Тот кивнул. — На счёт ноль. Ноль!

Я навалился на палку. Силы в руках было теперь очень много. Дерево отошло достаточно, чтобы Томас смог через верх, через спинку, вытащить Мэй.

Она часто-часто задышала.

— С-с-спа…

— Да продышишь сначала, — сказал я.

— Помогите! Помогите, — причитал кто-то.

Я повернулся на звук. Это была Линда. Я её и не знал особо. Помню только, что в первую физру, когда играл в КП, Элен отправила её на скамейку запасных и дала мне шанс.

Копус самолёта разошёлся прямо под её креслом. И её выгнуло, сломав спину. Я бросил короткий взгляд на Элен. Она подошла дотронулась до раненной и сразу покачала головой. Раскрыла было рот для пояснений, но тут уже я помотал башкой.

— Все наружу! — скомандовал я. — Там ещё могут быть выжившие. Помогайте друг другу спускаться. Берите ручную кладь. Пригодиться.

Я пошёл к Линде.

— Очень больно, — проговорила она. Глаза были полны слёз. Я даже ног не чувствую, но всё равно очень больно.

— Прости меня, — сказал я. — Прости, что не знал тебя. И что… — артефакт появился в руке, и я всадил в сердце осколок лезвия. Подержал за руку, словно забирая последнее тепло, прикрыл ей глаза и развернулся.

На меня смотрели многие.

— Чё пялитесь? Кто-то другой хотел это сделать?

Все сразу отвернулись. Они выбирались через пробоину. Многие всё еще пребывали в отключке и их осторожно спускали.

Я столкнулся с Лизой.

На ногах уже были не туфли, а походные кроссовки. Вместо юбки зелёные штаны, а поверх кардигана камуфляжная куртка. На плечах большой рюкзак, с притороченным к нему топориком. В руках огромный телефон с антенной.

Раньше такие работали по спутниковой связи. Но надо понимать, что со спутниками давным-давно мы не дружим. Связь держится за счёт замаскированных антенных группировок и стратостатов, а в ряде случаев и их младших братьев аэростатов.

— Пилоты мертвы. И моя напарница тоже, — сказала Лиза.

Я прошёл за шторку, в уголок борт-работников. Вторую стюардессу раздавило слетевшим с креплений холодильником. Она так и сидела оплывшим поломанным силуэтом, пристёгнутым к креслу.

— Элен, — окликнул я. — Проверь пилотов.

Девушка зашла, вздрогнула от вида стюардессы. И проследовала дальше. Я прошёл за ней. Заглянул в кабину. Левый, вероятно капитан судна, не получил никаких видимых повреждений. Правый же превратился в стеклоуловитель.