Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 19 – Максим Мамаев, Макс Гато

Поэтому я лишь просто скомандовал:

— В путь!

Каждому из нас предстояло выполнить свою работу.

* * *

Солнце ещё не успело подняться из-за гор, а отряд уже был в пути. Приказ командира был законом. Аскольд привычно ехал впереди, осматривая дорогу и окрестности в оба глаза. Ему стало намного сподручнее, но уверенности прибавляли не только глаза.

Рядом ехала Сольвейг, её широкий клинок висел за спиной и выглядел как обещание того, что любой, кто посмеет напасть, будет разрублен надвое. Северянин хорошо знал характер валькирии. Впрочем, он и сам чувствовал — как телом, так и духом, — что стал сильнее.

Тело стало поджарым, рефлексы быстрыми, быстрее чем когда-либо. Глаза подмечали то, чего раньше увидеть он просто не мог. Жаль, что его нынешнюю форму не довелось увидеть тем, кого он когда-то вёл на драккаре по северному морю.

— Вот скажи, Сольвейг, — негромко спросил Игнат, — зачем мы вообще на север прёмся? На юге тепло, зверей полно, Зона рядом, а тут только сопли морозить.

— Север, — с ухмылкой проговорил Аскольд. — Какой же это север?

Игнат развивался и рос, как и все остальные. Все, кого объединил под своим знаменем Максим Клинков.

— Чтобы ты побольше болтал, — ответил Серёга и хлопнул Игната по плечу, отчего тот чуть не выпал из седла.

— Куда? — Игнат замахал руками, стараюсь держать равновесие. — Говорил же! Я пока плохо держусь в седле.

Ира с Сольвейг обменялись многозначительными взглядами и тихонько засмеялись.

Небольшой отряд двигался бодро. Аскольд пока позволял подобные смешки и разговоры. В конце концов, путь по землям местных баронов, графов и прочей знати был привычным и лёгким. Места были ухоженными и безопасными: крепкие избы, приветливые крестьяне, выходящие навстречу.

Отряд был в пути меньше недели, и с каждым днём приходилось всё больше и больше забирать в сторону гор. Ветер становился прохладнее, хотя Аскольда он не мог заставить даже поёжиться, чего не сказать о некоторых других участниках вылазки.

— Пару вёрст в седле, — раздался бас из-за спины, — и уже жалобы.

Голос принадлежал Петру. Он был полной противоположностью Игната: невысокий, коренастый, но сбитый как дубовая бочка, набитая камнями. Несмотря на рост и габариты, в седле он держался уверенно, хотя Аскольд иногда с интересом поглядывал на ратника Арлетты.

— Я, когда в стременах стою, — ответил Игнат, расплывшись в ехидной улыбке, — хотя бы ногой до земли достать могу.

— Ах ты ж! — беззлобно пробасил Пётр и качнулся к двуручной секире.

Игнат, вопреки уверениям, что он плохой наездник, пришпорил лошадь и поспешил немного удалиться от Петра.

Впрочем, обмен подколками у этих двоих шёл с самого Чернореченска, и кажется, что это во многом помогало двум группам, никогда не работавшим вместе, найти общий язык. Аскольд козырнул Петру, на что тот лишь ответил усмешкой в густую чёрную бороду.

За время тренировок в Чернореченске, несколько вылазок и путь сейчас, Пётр ни разу не опротестовал или даже мало мальски оспорил позицию Аскольда. Слово главы рода было законом для всех.

Пустой трёп и подколки продолжались следующие пару часов, пока отряд всё ближе и ближе подъезжал к горам. Вот только Аскольд резко поднял руку вверх, заставив всех замолчать. Впереди дорога шла под каменным уступом, который нависал прямо сверху. С него торчали острые пики горной породы, а ветер тянул сверху сухие листья и песок.