Книга Клинков. Последний хаосит 4, страница 5 – Максим Мамаев, Макс Гато

— Сильный ублюдок.

Я сделал два шага в сторону, наклонился и аккуратно поднял Завет, держась за клочок цепи. Артефакт едва пульсировал, но руны на обложке потрескивали. Даже не сама книга, а цепь жгла мне руки сквозь перчатки. Внутри всё ещё оставалась мощь. Вот только я уже сталкивался с Заветами — это был не он. Не совсем он.

Я, слегка пошатываясь, вернулся к Инквизитору. За ним теперь следил не только Аскольд, но и Рома. Весна и Сольвейг уже суетились над нашими ранеными, оказывая первую помощь с зельями и медикаментами. Серёга с Ирой поймали мой взгляд, кивнули и присоединились к ним.

Когда я повернулся к Инквизитору, он ненавистно смотрел на меня из-под полуприкрытых век.

— Это копия, — усмехнулся я. — Неплохая, но копия.

Инквизитор хрипло закашлялся, словно хотел возразить, вот только не смог произнести ни слова. Я схватил обгоревший и потрёпанный Завет обеими руками и начал рвать.

Он сопротивлялся, будто внутри его крепко сжимали невидимые нити. Руны вспыхнули. Я же использовал последние крохи маны, чтобы медленно разорвать Завет пополам. Он захрустел, а через миг погас насовсем.

— Вот и всё.

Я бросил две части некогда драгоценного артефакта рядом с умирающим Инквизитором, а затем одним чётким движением ударил его прямо в сердце через раскоряченный на груди доспех. Чёрный дуб был посохом, но я в очередной раз использовал его как оружие ближнего боя.

Я выпрямился. Пыль и остаточная мана оседали, открывая полную картину побоища. Мёртвые солнечники валялись на дороге и на обочине тракта. Прохор и ещё один моряк были неплохо так подбиты. Насколько тяжело покажет осмотр. Над ними уже колдовала Весна, а Ира с Серёгой вливали в бойцов эликсиры.

Я выпил два зелья залпом, а затем, когда по каналам прошло привычное тепло, использовал заклинание Восстановления. Оно не излечит раны, но поможет организму легче справиться с последствиями нагрузки.

Пятачок на тракте выглядел как зарисовка с поля битвы. Я покачал головой. Возможно, именно для этого Астахов тянул время… Иначе зачем он говорил мне остаться? Если бы Инквизитор явился в Выкречь с Заветом, да со своим отрядом и собрал бы там местных солнечников, то меня ничего бы не спасло. Слишком уж сильная карта. Слишком вовремя.

— Пошли, — скомандовал я. — Некогда расслабляться.

Я двинулся к телеге, в которой у нас были хирургические инструменты и медицинские запасы. Я просканировал двух наиболее пострадавших магией. Все-таки мы вполне могли успеть подлатать их до ночи так, чтобы они выдержали путешествие в телеге.

Нам следовало убраться отсюда поскорее. В Выкречь тоже возвращаться нельзя — Рысев точно встретит не хлебом с солью.

Впереди нас всех ждал тяжёлый и хлопотный день, а затем не менее беспокойная ночь в дороге.

И сегодня был только второй день похода…

— Рома! — позвал я волшебника.

Я возвращался из соседнего редкого леска, ведя за собой выжившего коня солнечников. Жаль, конечно, что многих скакунов мы загубили во время боя, но тут ничего не поделать.

Я уже помог заштопать Прохора. Второму моряку повезло больше — ему достаточно было зелий, эликсиров и магии. Весна с Ирой приглядывали за ними, а остальные отделались лёгкими и средними ранениями.

Аскольда успел знатно потрепать Инквизитор, но ничего летального. Пожалуй, больше всего была задета его гордость, но с шестизвёздочным Инквизитором с Заветом справиться было тяжело даже опытному Аскольду.