Книга Обнулённый 2, страница 6 – Макс Гато, Виктор Рэн

Наконец сапоги застучали по ровной поверхности дороги, а вдалеке показался крепкий высокий частокол и знакомый силуэт башенки. Мне вспомнилось, как мы приходили в эту деревню в прошлый раз. Впрочем, сейчас на пути не встретилось ни единого всадника. Хотя на дороге ночью было всё так же пусто.

— Стой, кто идёт⁈ — раздался возглас молодого дозорного, который стоял на дежурстве и перед нашей вылазкой.

Я тяжело выдохнул и поправил впивавшийся в вывихнутое плечо ремень от мешка.

— Свои, — коротко ответил я.

— Свои ночью не шастают! — настаивал молодой голос. — Кто такие, грю?

Я оглядел свой отряд. Три человека, нетерпеливо ждущие у ворот, были покрыты грязью, потом и кровью. Как своей, так и чужой. Бертран покручивал в руке метательный топорик, а Айрис вскинула бровь, и вокруг её ладони начали формироваться фиолетовые огоньки.

— Остапа позови, — произнёс я, пока мой отряд не снёс эти ворота к чертям и не вошёл в Бракмур сам. — Мы нашли источник скверны.

Несколько мгновений за воротами стояла тишина, а затем зазвучал стук сапог по земле. Я слегка поднял руку, чтобы успокоить Айрис и Бертрана, и волшебница с бывшим стражем опустили оружие. Вскоре засов на воротах застучал, и перед нами открылась одна створка.

— Не топчитесь за порогом, — произнёс Райнер, выглянув наружу, и махнул рукой. — Заходите уже.

Мы прошли внутрь и оказались в знакомой обстановке спящего Бракмура. Молодой стражник, который не хотел нас пускать, виновато смотрел в пол. Райнер слегка дёрнулся, когда увидел остатки магии на руках Айрис, но, когда они растворились в воздухе, он немного расслабился.

Внутри у ворот были факелы, поэтому рассмотреть нас Райнер мог только сейчас. На его лице я явно прочитал уважение, которое воин испытывает перед теми, кто прошёл тяжёлую битву. Впрочем, он продолжал держаться настороженно.

— Остап захочет услышать о скверне прямо сейчас, — кивнул он и повернул к главной улице, не дожидаясь нашего согласия.

Мы последовали за ним. Дорогу освещали уличные фонари, но маленькие улочки оставались тёмными, и по ним лишь иногда проходили островки огня в виде стражников с факелами, патрулирующих местность. Откуда-то издалека слышался глухой стук чьей-то ставни под ветром, шедшим из леса. Но организм отчётливо различал запах золы и хлеба, которые сменили уже поднадоевший аромат хвои и веток.

Впрочем, судя по лицам прошедших мимо нас стражников и по тому факту, что они обошли нас по достаточно широкой дуге, была вероятность, что к запаху крови мы просто привыкли. В общей сложности мы провели в Сером лесу около двух суток, а может, даже больше.

Райнер ловко сбежал по ступенькам и без стука вошёл внутрь. Мы последовали за ним. Казалось, что за время нашего ухода ничего не изменилось. Светлое полотнище флага над входом слегка трепетало под порывами ветра. А из окна избы в дальнем конце коридора на первом этаже шёл свет, который явно указывал, что хозяин дома ещё не спал.

Остап сидел за столом, когда мы вошли. Его худощавая фигура с тёмными глазами и тяжёлыми мешками под ними немного сгорбилась над бумагами. Выглядел он так, будто за наше отсутствие никуда из кабинета и не уходил. Но это вряд ли было правдой. Просто времени разбираться с бумажками у него оставалось только ночью.