Книга Обнулённый 3, страница 41 – Макс Гато, Виктор Рэн

Я быстро пересказал отряду, что сумел прочитать древние тексты, и что пока мы откладываем этот вопрос, поскольку барон Шторрен сделал свой первый шаг. Возражений не последовало, поэтому после быстрого завтрака мы двинулись на закупку.

Закупку провели быстро. Торговец у восточных ворот, пожилой мужичок с седыми бакенбардами, продал нам провизию, верёвки и факелы, не задавая лишних вопросов и по вполне приемлемой цене.

К лекарке Хане я пошёл один.

Она работала у лазарета, как и вчера. Перебинтовывала руку молодому солдату, который морщился, но терпел. Увидев меня, она закончила перевязку, отпустила паренька и повернулась ко мне.

— Рад видеть вас в добром здравии, госпожа Хана, — в отношении холодной женщины с прямой осанкой и острым взглядом такое обращение напрашивалось само собой. — Уделите немного времени своему пациенту?

Хана скользнула глазами в сторону моего колена, на котором уже не было перевязи. И затем склонилась в легком поклоне.

— Я тоже рада видеть вас в добром здравии. Наемник, именующий себя Кир. — отзеркалила необычное обращение она. — Что-то подсказывает мне, что вы пришли ко мне не за праздными словами и не за лечением.

— Духи предков?

Готов поклясться, что Хана улыбнулась одними уголками губ.

— Может, и так, — ответила она. — А может, о вашем героизме без перерыва рассказывал молодой Альви. Как и о вашей новой миссии по охране торгового пути.

— Болтун — находка для шпиона, — позволил себе улыбнуться я.

Но на этот раз веселой реакции со стороны Ханы не последовало. А, может, мне просто показалось.

— Мне нужны противоядия. если быть точным, то от демонического яда, — перешел к делу я. — Три порции, если таковые найдутся.

Хана молча достала из сумки три склянки и связку чистых бинтов. Она передала их мне в руки и спросила:

— Это всё?

Я кивнул и потянулся к кошельку, но ее холодная рука задержалась на моей на мгновение дольше и остановила меня.

— Духи предков говорят мне, что ты идёшь не на разведку торгового маршрута, — произнесла она.

В этот раз улыбнулся уже я.

— Мне платят за то, чтобы махать мечом и не трепать лишнего, — отпустил руку Ханы я. — Так что остальные детали вы можете выведать у Альви.

— Самая опасная ложь — это ложь самому себе, — склонилась в еще одном поклоне Хана.

И без лишних вопросов направилась в лазарет. Мне оставалось только встретиться с отрядом на выходе из форта, где я проверил, что амулет барона все еще оставался за пазухой.

Мы двинулись на северо-запад. Дорога от форта уходила через редколесье к границе, и уже через пару часов пейзаж начал меняться. Лес поредел, земля стала каменистее, и всё чаще попадались следы присутствия солдат Шторрена: свежие кострища, вырубленные по сторонам деревья, и понятные охотникам и разведчикам засечки на стволах. Патрулей стало заметно больше, чем когда мы направлялись к хутору впервой.

Первого знакомого мы встретили на развилке, где тропа раздваивалась, и одна ветка уходила на юг, а другая к заброшенному хутору у Волчьего перевала. Немолодой сержант в потёртом доспехе сидел на камне у обочины и внимательно изучал в руках карту. Его лицо показалось мне знакомым раньше, чем я вспомнил, где именно мы встречались.

Сержант поднял голову и заметно усмехнулся.

— Живой, значица, — произнёс он. — Это вполне себе хорошо. Я уже начал считать, сколько из тех, кого я встретил на этой дороге, до сих пор на своих двоих костыляет.