Книга Черный ратник 2, страница 85 – Макс Гато

— Нет, — сказал он тихо. — Тебе, Матвей, здесь делать нечего.

Он назвал его по имени.

— Твой отец не простит мне, если ты сложишь здесь голову. — Велес говорил медленно, вбивая при этом каждую фразу в голову Матвея. — Ты не останешься лежать здесь в пыли. Твоя задача — выжить. Чтобы было к кому вернуться на это пепелище.

Громов открыл было рот, чтобы возразить, но Велес сделал несколько шагов, спустился с крыльца и подошёл к ошеломлённому Громову.

— Это не просьба, — отрезал Велес. — Это приказ твоего командира. Ты уйдёшь и выведешь с собой людей. Понял?

Громов стоял, сжав кулаки так, что сталь рукавиц скрипела. Его грудь судорожно вздымалась. Он хотел поспорить, рвался в бой, но возражать не стал.

— Да бросьте, — раздался молодой голос.

Вслед за голосом из строя вышел молодой воевода, командовавший одной из стен, Фома. Его лицо было испачкано грязью и кровью, доспех в нескольких местах пробит, а поперёк лица красовался свежий кровоточащий шрам.

— Все и так знали, что это буду я, — просто сказал он, пожав плечами.

Он был тем самым упрямцем, который с первого совета кричал, что будет драться за каждый камень Белоярска до последнего вздоха. Было в этом что-то юношеское… тогда. Сейчас же это был поступок не юноши, а воина. Велес медленно кивнул, не выражая никаких эмоций, просто принимая факт.

— Два десятка, — сказал Фома, обводя взглядом бойцов вокруг. — Добровольцев. Остальные пусть уходят.

Фома без лишних слов повернулся к бойцам.

— Кто со мной? — спросил он негромко.

К нему сразу шагнуло несколько бойцов. Первым был ветеран с перебитой рукой.

— Сына вывезли, — кашлянул он. — А мне пора.

За ним ещё двое бойцов с горящими глазами. Они смотрели на Фому как на бога — это явно были воины из его дружины. Потом ещё, и ещё. Люди оставались по разным причинам: у кого-то семьи уже ушли и не было смысла бежать, кто-то не мог смириться с мыслью об отступлении. Воины собрались вокруг Фомы тихо и без призывов. В итоге их оказалось ровно два десятка.

Остальные без слов и прощаний быстро потекли в крепость.

— Живо! — подгонял их Велес.

Громов, бледный, но смирившийся с решением, отдал Фоме свой запасной топор.

— Прощай, — только и сказал он.

— Не задерживайтесь, — спокойно ответил Фома, принимая топор.

Я удостоверился, что все бойцы моего отряда нырнули в крепость: Артём, его два Ворона, Иван, Соловьёв, Ярослава и Громов. Все растворились в темноте скальной крепости. Я шагнул в темноту одним из последних, только обернулся напоследок.

В дальнем конце площади виднелось движение. Фома уже стоял у баррикад, опираясь на древко знамени Белоярска, которое кто-то воткнул в груду мешков. Бойцы рассредоточились по баррикадам, занимали позиции и готовили не только оружие ближнего боя, но и арбалеты.

Я повернулся спиной к площади, к Фоме и его бойцам, и последним переступил порог крепости. Ворота за моей спиной захлопнулись, отрезая свет и звуки предстоящего сражения. Последнего сражения в стенах Белоярска.

Мы пробрались по тайному ходу и вырвались из города через низкий, заваленный камнями лаз, который больше походил на расщелину в скале, чем на потайной ход. Воздух снаружи, холодный и чистый, обжёг лёгкие после мрачного тоннеля и удушающего города.

Один за другим, согнувшись в три погибели, бойцы выбирались наружу и оказывались в овраге, поросшем колючим кустарником. Мелкие иглы впивались в открытые участки кожи, но сейчас на это было наплевать.